Наркотики – как средство достижения политических целей

20.01.2010


Мировое общественное мнение однозначно пришло к выводу, что нашу эпоху захлестнули две серьезные угрозы – терроризм и распространение наркотиков. Ни экономический кризис, ни проблемы, связанные с изменением климата не представляют такой глобальной опасности как терроризм и наркотики, которые стали представлять реальную угрозу человечеству. В XXI веке «поразительным» образом эти два понятия настолько «переплелись», что являются неразрывно связанными. Ежегодный нелегальный финансовый оборот наркоторговли, который по своим масштабам соизмерим с национальными доходами крупнейших государств мира, в значительной его части направляется на финансирование экстремистских режимов, партий и движений, является питательной средой международных террористических организаций. Наркотики, как товар, впервые вышел на мировой рынок в середине XVIII в, когда в Китае начались опиумные войны. До середины 60-х годов прошлого века распространение наркотиков опиумной группы носило не столь масштабный характер. «Золотой треугольник», «Золотой полумесяц», ну, 300-500 т, где-то больше, где-то – меньше. Что-то задержали на таможне, что-то уничтожили при захвате «самых одиозных», где-то испугались наркодилеры и «три шашлыка выбросили в пропасть». В принципе, ситуация контролировалась и, при желании, все можно было «привести в соответствие». Но, американо-вьетнамская война внесла свои коррективы. Бирма, Лаос, Камбоджа, Южный Вьетнам. Маковые плантации по площади стали превышать джунгли, а количество плантаторов – увеличилось в разы. Именно в это время наркотиками стали заниматься не рядовые бандиты, пусть и очень «авторитетные», а влиятельные чиновники спецслужб. Каких? Угадай с трех раз. Но Голливуд на этот вопрос ответил уже лет 30-40 назад с присущим для него размахом и красочностью исполнения. Причем, «Рембо» вошли в такой раж, что стали путать интересы защищаемого им государства с интересами наркокартелей, от которых они должны защищать это государство. Традиционно использование опиумного мака в Афганистане носило, в основном, хозяйственный характер: сухая трава использовалась в качестве корма для скота, из семян варили мыло, из стеблей – растительные красители. Употребление опиума аборигенами в качестве дурманящего средства строго наказывалось на уровне общин. По оценке признанных специалистов, незначительная часть годового объема афганского опиума экспортировалась в Иран и Турцию – от 20 до 40 тонн. О существовании наркотического рынка в Афганистане в то время говорить не приходилось. Ситуация резко изменилась в связи с событиями, нарушившими «мирную» жизнь Афганистана. Свержение монархии, «народная революция», последующая за ней гражданская война, «легитимная оккупация» советскими войсками, приход к власти Талибов и вот уже почти десять лет, «погоня американцев» за своим агентом из CIA, Бен Ладеном. До середины 80-х годов помощь афганским моджахедам со стороны США, Китая, Пакистана и международных организаций превышала 300 млн. долларов в год, в то время как торговля наркотиками приносила не более 20 млн. долларов. Однако с ростом «повстанческого движения» расширялась и преступная деятельность наркодельцов. Но и в то время годовой сбор составлял не более 50 т. После вывода советских войск (15 февраля 1989 г.) из Афганистана гражданская война превратила страну в перманентную зону боевых действий. Окончательно рухнула и без того очень слабая экономика, основу которой составлял рискованный в суровых климатических условиях аграрный сектор. Уже через год после вывода наших войск производство опиума достигло 600 т. Именно в 1990-е годы Афганистан стал главным производителем опийного мака и, практически монопольным поставщиком опиума и героина на мировой рынок. Движение Талибан, установившее свой контроль над 90% территории страны (к концу 1996 года), всячески поощряло широкомасштабное выращивание опиумного мака. По различным оценкам экспертов порядка 30-35% доходов от этого «сектора экономики» уходило в бюджет движения «Талибан». Важную роль в расширении производства героина на этом этапе сыграли связи талибов с представителями сети Усамы бен Ладена, активисты которой использовали базы и тренировочные лагеря, как на территории Афганистана, так и в северо-западных провинциях Пакистана, созданные еще во времена борьбы с советскими войсками. Наличие контактов с преступными, террористическими и сепаратистскими группировками во всех развитых странах мира позволило международной террористической сети Аль-Каиды стать тем мостом, который соединил географически разобщенные районы производства героина и его потребления. Логика построения международной террористической сети оказалась очень схожа со схемой международного опийного наркобизнеса. Объединив усилия исламистских экстремистов и террористов с наркомафией, талибам удалось гарантировано обеспечить свою ведущую роль в реализации «готовой продукции» на удаленных рынках Европы, Азии и Америки, а также финансовую и транспортную инфраструктуры, обеспечивающие бесперебойную работу всей сети. По данным Института национальных стратегических исследований США, «тесно сотрудничавшие лидеры Талибан и международной террористической сети Аль-Каида образовали своеобразный картель, в котором кабульские власти обеспечивали условия для выращивания опиумного мака и производства героина, а моджахеды – транспортировку, сбыт и отмывание денежных средств через Йемен, Судан и Пакистан». Помимо финансового фактора, который, безусловно, явился определяющим в сращивании глобальной террористической сети и международной наркоторговли, важную роль также сыграл и идеологический аспект. Героин был превращен в средство политического воздействия на «кафиров» (неверных), таким образом, вооруженный террор был объединен с наркотеррором. Военным руководством Талибан в Кандагаре в 1998 году было прямо заявлено, что выращивание опиумного мака и производство героина допустимо, так как он потребляется «кафирами», а не единоверцами-мусульманами. Таким образом, талибы приобщили афганских крестьян и мелких торговцев опием к международному наркобизнесу с его колоссальным мировым рынком сбыта и сверхдоходами. По данным Программы контроля за наркотиками ООН еще в 1996 году в контролируемой талибами зоне было произведено 3100 тонн опия-сырца, что составило 40% от всего его количества, поступившего на мировой рынок (учитывался как опий, переработанный в морфий и героин, так и опий, потребленный в чистом виде). Все попытки ООН и других международных организаций в конце 90-х годов ввести запрет на посевы опиумного мака ни к чему не привели, так как талибы жестко увязывали рассмотрение этого вопроса с политическим признанием их режима и предоставлением экономической помощи, которая компенсировала бы потери доходов от посевов опиумного мака. И если европейские страны были готовы к такому соглашению, то США при посредничестве Саудовской Аравии требовали также выдачи руководителей Аль-Каиды: Усамы бен Ладена, Аймана аз-Завахири, Абу-Хака и Абдул-бари Атвана в качестве обвиняемых в организации взрывов перед американскими посольствами в Найроби (Кения) и Дар-эс-Саламе (Танзания) 7 августа 1998 года. После победы в Иране исламской революции в 1979 году и укрепления новой власти ко второй половине 1980-х годов традиционный транспортный коридор Афганистан – Иран – Турция – Южная Европа оказался закрыт. Основными путями движения героина становятся маршруты из Таджикистана, Узбекистана и Киргизии. Цена килограмма героина на границе с Афганистаном и его цена на границе с Россией различалась в десятки раз. Кроме того, вывод российских погранвойск из Таджикистана, не способность, точнее – полная зависимость силовых структур Таджикистана от наркомафии как на бытовом (угроза расправы над членами семей сотрудников правоохранительных органов, семейственность и зависимость от старшего рода, кумовство и т.д.), так и государственном уровне (клановость государственных органов власти, их коррумпированность, а еще точнее – предательство интересов государства) в некоторой степени способствовало развитию наркоторговли. В этом смысле, расстрел 12 погранзаставы Пянджского погранотряда российских погранвойск в Таджикистане (1998 год) – тому свидетельство. Напомним, российскими пограничниками тогда была задержана и уничтожена крупная партия наркотиков стоимостью в десятки миллионов долларов, что вызвало не просто ярость, а – неистовое бешенство у наркобаронов. И, кстати, акцию возмездия поручили небезивестному Хаттабу (в то время он «промышлял» в Тавиль-Даре). То есть – это еще раз подтверждает связь между «борцами за чистоту Ислама или террористами» и наркомафией. Вообще, Таджикистан и наркотрафик из Афганистана – это отдельная тема, которая требует глубокого анализа. С момента подписания Межгосударственного Соглашения президентами РФ и РТ от 16 октября 2004 года российскими пограничниками проводилась передача участков таджикско-афганской границы под контроль ГКОГГ РТ и к июню 2005 года вся 1344-километровая таджикско-афганская граница была передана под контроль Таджикистана. Ворота для «белой смерти» в Россию и Западную Европу оказались практически открытыми. Граница бала закрыта не то, что «на замок», а даже не на «задвижку». Но вернемся к «нашим баранам». С началом контртеррористической операции в Афганистане, тенденция к резкому увеличению ввоза афганского опия и героина через Центральную Азию из Афганистана достигнут рекорд. По данным статистики, на сегодняшний день Таджикистан – ведущая страна наркотранзита в Центральной Азии, на долю которой приходится около 92% всех изымаемых (!!!) наркотических средств. Только в этом году по оценке экспертов ООН в Афганистане произведено более 7000 тонн наркотических веществ, в том числе более 6000 тонн героина – это приблизительно та доза для всего населения Китая, которая может «прочно посадить страну на иглу». Необходимо отметить, что американские войска, ввязавшись в войну в Афганистане, вскоре поняли, что «это дело гиблое» и дивидендов на нем не заработаешь. Поэтому Белый дом вовремя сообразил, что ответственность за Афганистан следует переложить на НАТО. Тем более что американские войска «вызывают аллергию» у всех афганских племен, особенно центральных, северо-восточных, южных и восточных провинций. В плане «купи-продай» – «оружие в обмен на наркотики и оружие в обмен на доллары» американцам нет равных во всем мире. Афганские полевые командиры быстро поняли «бизнес по-американски». Им не надо было долго объяснять. Моджахеды сразу уяснили, на чем можно делать бизнес. А его, в сегодняшнем Афганистане, можно сделать только на героине. Проблемы терроризма и наркобизнеса тесно связаны друг с другом. Практика показывает, что террористические организации, вне зависимости от их идеологии, декларируемых целей, организационной структуры, неспособны выживать без доходов от наркоторговли. Потребность террористов в таких доходах можно отнести к особой форме «наркозависимости». Именно поэтому наркобизнес не живет в отрыве от «своего брата» – международного терроризма. Объявленная США «антитеррористическая операция» в Афганистане с октября 2001 года показала всему миру не только недальновидность политики администрации США, но и несостоятельность этой акции. За время проведения контртеррористической операции Афганистан вышел на первое место в мире по производству наркотиков опиумной группы, стал производить героин высшей пробы (диацетилморфина гидрохлорида), который можно изготовить только в лабораторных условиях на основе сложных технологий, посевы опиумного мака выросли в 40 раз. Анализ действий войск коалиции в Афганистане показывает, что они самостоятельно не способны (а фактически – не хотят или, наоборот, поощряют его производство) противостоять главной угрозе для мира и Евразии – распространению тяжелых наркотиков. Командование коалиционных сил не заинтересовано в изменении складывающейся ситуации, так как опасается неизбежного увеличения потерь среди своих военнослужащих, в случае если они развернут действенную борьбу с производством наркотиков. Пребывание Международных сил по поддержанию мира в Афганистане сегодня не оправдано. Рост посевов наркосодержащих растений в Афганистане мало заботит международные воинские контингенты, дислоцированные в этой стране, – сил хватает только на охрану самих себя и на фактическое разграбление Афганистана. Зафиксировано, что оккупационные войска в Афганистане занимаются незаконной разработкой уникальных и единственных в мире месторождений изумруда и розового лала в афганском Бадахшане, поиском и вывозом из страны ценных предметов старины – украшений времен Греко-Бактрийского царства и Кушанской эпохи, составляющих культурное наследие афганского народа. Контртеррористическая операция в Афганистане затянулась настолько, что о ее конкретном «конце» сегодня никто не может сказать. В тоже время наркобизнес не стоит на месте и стремится к расширению рынков сбыта, усилению экономических и политических рычагов для распространения своего влияния. Международная наркомафия контролирует правительства нескольких десятков стран мира, оказывая влияние на принятие важнейших политических решений, а объемы финансовых потоков, обслуживающих международный наркобизнес – в первую очередь, опийный, как самый доходный – составляют значительную часть всех мировых финансовых расчетов. О доходности наркобизнеса дают представление цифры DEA (Агентство по борьбе с наркотиками США). Один вложенный в наркобизнес доллар приносит более 13 000 долларов прибыли. На обработке опийного мака в Афганистане занято более 2 млн. человек. Примерный доход составляет около 30 млрд. долларов. Из этой суммы доход афганцев составляет около 3 млрд. долларов, из них 25 % достается крестьянам. Среднесемейный доход от продажи опиума составляет ориентировочно от 4 до 6 тысяч долларов. Если сравнивать ситуацию с производством опия в Афганистане и в известных странах «золотого треугольника» - Лаосе, Таиланде и Мьянме (бывшей Бирме), то соотношение будет явно не в пользу последних. Например, признанным лидером международного наркобизнеса до последней поры считался Лаос - сырьевая база героиновых картелей. По официальным данным, сбор опиума, из которого получают смертоносный «белый порошок» - героин, не превышает в стране 70-ти тонн. В то же время, производство опия-сырца в Афганистане, по данным ООН составил около 7000 тонн или около 92% мирового объема производства. При этом почти 100% произведенного из него героина, было поставлено в Европу. Ситуация с производством опиумного мака, изготовлением героина и морфия в Афганистане и его переправка через страны Центрально-азиатского региона – неоднократно менялась в зависимости от изменения внутриполитической ситуации в этих странах. Происходящие время от времени вспышки насилия и протестных выступлений населения в Таджикистане, Киргизии, Узбекистане показывают, что руководству стран Центрально-азиатского региона нельзя не учитывать фактор влиятельной и очень богатой, особенно в сравнении с бедственным положением основной массы населения, наркомафии. Сегодня можно с уверенностью прогнозировать, что задействованные в наркоторговле силы будут заинтересованы в том, чтобы, во всяком случае, два государства региона – Таджикистан и Киргизия, находились в перманентном состоянии нестабильности. Ввиду того, что значительная часть прибыли от наркобизнеса идет на проведение терактов и диверсий, легко предположить, что мир потрясут новые акты насилия. Производство наркотиков напрямую связано с ростом наркомании, заражения СПИДом, гепатитом В и С и венерическими заболеваниями (более 80% ВИЧ-инфицированных составляют наркоманы). По данным ООН, в мире около 190 миллионов наркоманов, что составляет около 3% населения земли. Ежегодно от передозировки наркотиков умирает 10 тысяч употреблявших героин и 100 тысяч – от болезней, связанных с употреблением наркотиков, рождаются наркозависимые и умственно отсталые дети, прогрессирует СПИД. А, учитывая, что в ближайшие 10 лет наряду с увеличением производства героина в Афганистане и увеличением производства, так называемых синтетических наркотиков, то миру грозит уже демографическая катастрофа. Таким образом, афганская наркоагрессия по своим последствиям грозит катастрофой генофонду наций всего мира и сегодня усилия мирового сообщества должны быть направлены на искоренение наркоугрозы, чтобы не дать возможности в ХХI веке повергнуть мир в наркохаос. Как постфактум с сожалением приходиться признать, что в ходе проведения международной антитеррористической операции в Афганистане так и не решена одна из основных ее целей – уничтожение пустившей глубокие корни на афганской земле наркоиндустрии, спонсирующей мировой терроризм. Так, где же выход? А выходов напрашивается несколько. Первый – протекционирует Белый дом. По его мнению, Афганистан – это «международная проблема» и ею должно заниматься международное сообщество, в первую очередь НАТО. Об Аль-Каиде и наркотрафике уже речи нет. Об этом даже уже не упоминается на саммитах НАТО. То, что «миротворческий контингент в Афганистане» контролирует лишь расположение собственных военных баз, это не секрет. То, что с наркотрафиком там никто, не то чтобы борется, но даже не предпринимает ни каких попыток к уничтожению посевов опиумного мака, а наоборот, культивирует на посевных площадях более урожайные культуры, тоже не секрет. То, что приграничные районы Таджикистана поделены между полевыми командирами боевых формирований, неподконтрольных правительству Карзая – тоже аксиома, не требующая доказательств. Что же предлагает Вашингтон для окончательного решения афганской проблемы? Увеличить контингент МССБ. А для чего, спрашивается? По мнению международных экспертов, положение в Афганистане гораздо проще. Там требуется только команда «К ружью!». Больше ничего. И опиум, и героин, и гашиш больше производится на территории Афганистана – «первой демократической стране в Центральной Азии» - не будет никто, ни дехкане, ни наркобароны. Второй – более сложный и требует усилий международного сообщества. Но для этого необходимо вывести войска МССБ из Афганистана. Предоставить не столько правительству страны, сколько народу Афганистана самому решать свои проблемы. А проблемы далеко выходят из ранга национальных. Они более интернациональны и более межконфессиальны. В Афганистане живут не просто общиной. Афганистан – это государство, которое в своем составе имеет различные племена, народы, различающиеся по своему составу в конфессиальном плане. Мусульмане (сунниты, шииты, суфисты, хариджиты, исмаилиты, огнепоклонники), буддисты, есть христианская община, язычники и кришнаиты. Третий, пожалуй, главный. Афганистан, практически уже более полвека находится в состоянии гражданской войны. А гражданская война может быть закончена только тогда, когда все конфликтующие стороны прейдут к согласию. И четвертый выход. Наркотрафик из Афганистана можно победить только экономическими методами. Причем эти методы должны быть эффективными и многоплановыми. Только запретом посева опийного мака – наркотрафик не победить. Для этого требуются многомиллиардные вложения в экономику, принятие жестких законов, контроль их исполнения, крепкая государственная власть и, главное, заинтересованность всех слоев населения в непроизводстве наркосодержащих сельскохозяйственных культур. Таким образом, чем дольше политические и экономические проблемы в Афганистане будут решаться с применением иностранной военной силы (США и НАТО), тем дольше и тем больше героина и опиумосодержащих наркотических веществ будет поступать на мировой рынок. Следовательно, мировое сообщество должно принять судьбоносное решение – отозвать мандат ООН для США и НАТО на оккупацию Афганистана, под своей эгидой провести национальный референдум о государственном устройстве страны, перекрыть пути наркотрафика из Афганистана в Таджикистан, Узбекистан, Киргизию, Пакистан, Иран, Туркмению, наложить запрет на «сомнительные» финансовые потоки в Афганистан и из Афганистана, взять под контроль все финансовые счета «афганских лидеров и промышленников» в международных банках. Только консолидированные действия международного сообщества по изоляции усилий наркобизнеса в незаконном обороте наркотиков из Афганистана, могут привести, если не к закрытию путей наркотрафика, то к его сокращению в мировом масштабе.

Ответы экспертов:

Представитель Президента России в СКФО: Терроризм будет искоренен и уничтожен

Брошюра "ИГИЛ - угроза человечеству"

Фото

В Липецке прошло ток-шоу «Стоп, экстремизм!»

В Липецке прошло ток-шоу «Стоп, экстремизм!»

Мероприятия

В Пятигорске пройдет форум «Информационная безопасность в науке и образовании»

На базе Пятигорского государственного университета пройдет научно-практический форум «Информационная безопасность в науке и образовании», посвященный вопросам обеспечения комплексной и информационной безопасности образовательных организаций.

Отправить материал