«Кавказ – наш бастион»: ТЕРСКОЕ КАЗАЧЕСТВО. ВОЗРОЖДЕНИЕ

02.11.2011


«Кавказ – наш бастион»:  ТЕРСКОЕ КАЗАЧЕСТВО. ВОЗРОЖДЕНИЕ

Принято считать, что возрождение каза­чества России началось в конце 80-х - нача­ле 90-х годов XX века. Отчасти это и правиль­но, поскольку ослабление Советского Союза в конце 80-х годов и неожиданный его раз­вал в начале 90-х годов, для уцелевшего ка­зачества имел обратную сторону - обрете­ние старой свободы и веры, а на их основе быстрое самовозрождение. Правовой фун­дамент для этого заложила Конституция Рос­сийской Федерации, во второй главе кото­рой было записано долгожданное: «Человек, его права и свободы являются высшей цен­ностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обя­занность государства». Жизнь обрела новый смысл. Произошло мучительное переосмыс­ление недавнего трагического опыта, нача­лись поиски единства и места казачества в общественной и государственной системе демократической России. Для многих обра­щение к казачеству стало восстановлением связи с прошлым, возвращением к заветам и традициям предков, предметом законной гордости деяниями прежних поколений.

Процесс же возрождения казачества на­чался задолго до официально признанной даты. Так, в военные и послевоенные годы социально значимым в общественной жизни стало такое явление, как возрождение во­инских традиций казачества. После окон­чания Великой Отечественной войны в стра­не действовало негласное правило - не со­общать публично всю информацию о побеж­денных и противниках советского строя, за­малчивать неудобные темы. Власть теперь рассматривала казачество, прежде всего, как граждан социалистического государ­ства, неразрывную часть советского народа и в этом направлении определяла свою по­литику. При этом сама казачья жизнь для миллионов советских людей, еще некоторое время, олицетворялась с теми кавалерий­скими соединениями, которые создавались в период Великой Отечественной войны и про­должали существовать до конца 40-х - нача­ла 50-х годов, когда в ходе перевооружения и сокращения армии практически все кава­лерийские части были расформированы. А в связи с этим погибли коневодческие хо­зяйства.

Память о легендарных кавалерийских полках еще долго была жива. Так, в 1951 году в знаменитых казачьих лагерях под Новочер­касском было торжественно отмечено 10-ле­тие начала формирования донских добро­вольческих частей, а в 1967 году было поло­жено начало регулярным встречам (слетам) кубанских казаков-гвардейцев. Но при всем при этом, из системы Советской Армии корпоративный дух казачьих соединений, построенный на мощном воинском тради­ционализме, оказался вычеркнутым.

В период так называемой хрущевской «оттепели» с новой силой прокатилась и вол­на гонений на церковь. И если в годы Вели­кой Отечественной войны было открыто бо­лее 14 тысяч храмов, 85 монастырей, 8 ду­ховных семинарий и 2 академии, а за огром­ную патриотическую работу ряд священнос­лужителей получили высокие правитель­ственные награды, то при Хрущеве их оста­лось всего 7523. Снова развернулись пресле­дования верующих и священников. Гонени­ям также подверглись и старообрядческие общины, которые смогли выжить во време­на церковных гонений в 20-е - 30-е годы. Те­перь они объявлялись «сектантами», их мо­литвенные дома закрывались. А обрадован­ные этими погромами искусствоведы и этно­графы целыми грузовиками вывозили из гребенских станиц бесценные иконы XVII-XVIIIвеков, древние церковные книги, рукописи, которые складировались в запасниках и хра­нилищах Грозненского музея и Государствен­ного университета Чечено-Ингушской АССР. Впоследствии все эти бесценные раритеты погибли в пожаре Чеченской войны.

Казалось, механизм культурной ассими­ляции, заложенный советской системой, не­избежно должен был уничтожить послед­ние осколки казачьей самобытности и осо­бенности, но этого не произошло. Казачий дух не исчез под руинами раздавленных, но недобитых Гражданской войной и коллекти­визацией остаточных проявлений общинно­го устройства. Казачьи воинские части 30-х - 50-х годов не дали казачьему имени стать только достоянием истории. Но и с уходом кавалерии в область былого, казачий дух, как небывалая по своей живучести субстан­ция, остался жив, и заслуга в этом казачьей интеллигенции, подхватившей эстафету не только памяти, но и, в первую очередь, вы­живания.

Так, в послевоенный период массовое представление о казачестве формировалось по фильмам - «Богдан Хмельницкий», «Сте­пан разин», «Кочубей», «Кубанские казаки», «Тихий Дон», и другие. Образ Григория Мели­хова, созданный киноартистом казаком Пе­тром Глебовым - прямым потомком героя 1812 года Орлова-Денисова, стал толчком к более глубокому осмыслению и пересмотру отноше­ний к сложной и противоречивой судьбе каза­чьих семей. В 1969 году возобновил концерт­ную деятельность Кубанский казачий хор. Благодаря самоотверженным усилиям твор­ческой интеллигенции, о непростой истории, культурных традициях и воинской славе каза­ков узнали миллионы людей в Советском Со­юзе и за рубежом.

Проявлялся и определенный интерес к истории и этнографии терских казаков сре­ди ученых. Уникальным явлением была мно­голетняя Северо-Кавказская этнографиче­ская экспедиция Московского государствен­ного университета имени М. В. Ломоносова, которая работала 30 лет с 1961 по 1991 годы под руководством доктора исторических на­ук Лидии Борисовны Заседателевой. В 1974 году вышла в свет ее первая крупная моно­графия о терском казачестве. В экспеди­ции принимали участие студенты, аспиран­ты, сотрудники из столицы и местных научно-исследовательских учреждений. Было обсле­довано свыше 50 станиц бывшей Терской об­ласти. На их основе была сформирована кол­лекция археолого-этнографического музея МГУ и музей казачьего быта в станице Котляревской Кабардино-Балкарской респу­блики.

Огромная роль в сфере пропаганды исто­рии и культуры казачества принадлежала Ми­хаилу Александровичу Шолохову, знамени­тые произведения которого «Донские расска­зы», «Тихий Дон» и «Поднятая целина» выш­ли в свет еще в 20-е - 30-е годы, неоднократ­но переиздавались и были экранизированы.

Ещё в тридцатые годы М. А. Шолохов не­однократно обращался к руководству СССР, и лично к и. В.Сталину, с просьбами и ходатай­ствами в отношении казачьей жизни, и в по­слевоенный период этот замечательный пи­сатель оставался глашатаем казачьей жиз­ни, вокруг которого формировалось обще­ственное мнение в отношении героическо­го прошлого и культурной самобытности ка­зачества.

В 1970 году М. А. Шолохов в своем обраще­нии к Генеральному секретарю ЦК КПСС Л. и. Брежневу писал:

«В этом году исполняется 400 лет со дня официального узаконения царем Иваном Грозным существования Донского казаче­ства. Событие это, как известно, имело не­маловажное значение для истории государ­ства российского. Мне думается, что умалчи­вать о четырехсотлетии казачества едва ли целесообразно хотя бы по одному тому, что умолчание может вызвать нежелательную реакцию и у нас внутри страны и на Западе.

И не лучше ли будет, если Политбюро примет решение, обязывающее центральную печать посвятить 400-летию небольшие, но квалифицированные статьи, а Совмин РСФСР решит вопрос о создании в станице Старо­черкасской историко-архитектурного ан­самбля...».

По поручению Брежнева вопрос был вни­мательно изучен и в докладной записке сде­лан основополагающий вывод: «Отдел пропа­ганды (т. Яковлев) и Отдел организационно-партийной работы ЦК (т. Петровичев), рас­смотрев письмо т. Шолохова, а также мате­риалы по истории Донского казачества, счи­тают, что «развертывать какую-либо пропа­гандистскую работу, посвященную 400-ле­тию Донского казачества, было бы нецеле­сообразным», а вопрос о создании в станице Старочеркасской историко-архитектурного ансамбля мог бы быть рассмотрен Совмином РСФСР»

В постановлении Секретариата ЦК КПСС № СТ 108/18 от 08. 09. 1970 года с грифом «совершенно секретно» было выражено со­гласие с предложениями отделов ЦК КПСС. Было также решено поддержать предложе­ние т. Шолохова М. А. в части опубликова­ния статей, посвященных истории Донского казачества, в центральной и ростовской об­ластной печати». Так, благодаря Шолохову вспомнили и разрешили широко говорить о казаках и их корнях.

В феврале 1979 года было создано Бюро по изучению истории казачества при Науч­ном совете Академии наук СССР. Стали го­товиться российские, всесоюзные и между­народные конференции, первые из которых состоялись в 1980 и 1986 годах в Черкесске. В докладах и сообщениях присутствовали и вопросы изучения истории, культуры и быта терских казаков. Местные краеведы в горо­дах и станицах бывшей Терской области соз­давали музеи и по крупицам собирали пред­меты казачьего быта и другие материалы.

«Перестройка» общественной жизни, на­чавшаяся во второй половине 1980-х годов, подтолкнула многих людей к поиску незы­блемых идеалов, вечных истин и твердой мировоззренческой базы, что должно было во времена экономической и социально-политической смуты, порожденной иде­ологическим хаосом, помочь не потерять смысл жизни, определить свои духовно-нравственные ориентиры, выбрать конструк­тивное отношение к происходящему, просто выжить. В связи с этим обращение к куль­турным традициям, национальному самосо­знанию и исторической памяти было вполне естественным процессом.

На январском (1987 года) пленуме ЦК КПСС Генеральный секретарь Михаил Горба­чев выступил с докладом о «перестройке и кадровой политике партии», в котором впер­вые явно прозвучала идея «революционно­го» переустройства советского общества. Но к концу 1987 года для реформаторов сложи­лась непростая ситуация. Курс на перестрой­ку встретил непонимание, а порой и сопро­тивление части властных структур (как цен­тральных, так и региональных). Кроме того, народ, в своем большинстве, достаточно пассивно воспринял новые идеи и лозунги. В этой ситуации перед инициаторами пере­стройки стояла двуединая задача: сломить сопротивление сил, выступавших против революционной вестернизации страны, и расширить свое влияние на массы. Пред­ложенная М. С. Горбачевым и А. Н. Яковле­вым идея «широкой демократизации» долж­на была помочь всколыхнуть широкие на­родные массы, создать ситуацию неустойчи­вости, контролируемую сверху, и в итоге по­лучить организованные силы, которые мож­но было бы в случае необходимости исполь­зовать в своих интересах.

Главная роль в политизации обществен­ного сознания была отдана средствам массо­вой информации. Переход к гласности, под­держиваемой и даже побуждаемой «сверху», будоражил общественное мнение - начались процессы по реабилитации «жертв полити­ческих репрессий», изменилось отношение к истории, идеологии, культуре. Реакцией стал бурный рост массового движения «сни­зу». По всей стране появляются неформаль­ные объединения, группы, кружки, фонды. Число подобных объединений уже к концу 1987 годы превысило 30 тысяч.

Таким образом, возрождение казачества происходило не только «снизу», но и доста­точно активно стимулировалось «сверху». Стимулирование возрождения казачества «сверху», своеобразная попытка его «ре­ставрации», носило как прямой, непосред­ственный, так и косвенный характер. В нема­лой степени политическую активность каза­чества стимулировал и Указ, к тому времени уже президента СССР, М. С. Горбачева от 13 августа 1990 года, в котором были признаны незаконными, противоречащими основным гражданским и социально-экономическим правам человека репрессии, проводившие­ся в отношении крестьян в 20-50-х годах XXвека. Политические силы, заинтересованные в дальнейшем реформировании, еще раз ис­пользовали историю для достижения своих целей. именно в этот период предпринима­ются первые попытки реставрации казаче­ства по подобию исторически существовав­ших казачьих войск и землячеств.

На рубеже 80-х - 90-х годов повсемест­но в местах проживания казаков начали создаваться казачьи общественные объ­единения, в большинстве своем первона­чально состоящие из представителей ин­теллигенции и нацеленные на пропаганду и развитие казачьей культуры. Так в октя­бре 1989 года в Ростове-на-Дону было созда­но добровольное общество - литературное товарищество «Шолоховский Круг».

Примерно в это же время в Краснода­ре под председательством Ф. Г. Бунина на­чал работать Кубанский казачий клуб, пер­вый зарегистрированный на кубанской зем­ле казачий курень.

В июне 1989 года в Москве также возник­ло землячество казаков. Первыми его орга­низаторами и активными пропагандистами стали Г. В. Кокунько, С. А. Гавриляченко, Г. Л. Немченко и С. Г. Заградская. Учредитель­ный круг землячества состоялся 5 января 1990 года, на котором атаманом был избран писатель Г. Л. Немченко, активно взявшийся за подготовку общеказачьего съезда и воз­главивший его оргкомитет.

Терские казаки одними из первых начали формировать структуры казачьего управле­ния на своей территории.

Еще в 1988 году во Владикавказе начала работать инициативная группа по созданию Владикавказского отдела, который в даль­нейшем возглавил Герой Советского Сою­за полковник Василий Дмитриевич Коняхин (1923-2001 гг.).

Официальное начало возрождению терского казачества положил Малый Круг терского казачества, состоявшийся 23 марта 1990 года во Владикавказе, на ко­тором В. Д. Коняхин был избран войсковым атаманом. Три делегации терских казаков побывали в Москве, встречались с Предсе­дателем и членами Верховного Совета РСФСР по вопросам реабилитации и признания тер­ского казачества. Члены Правления Мало­го Круга в течение года охватили организа­торской работой все сохранившиеся станицы бывшей Терской области. Результатом этой работы стали организационные круги, кото­рые прошли по всей терской земле:

- 5 мая был образован Сунженский отдел (атаман Александр Подколзин);

- 12 мая - Терско-Гребенской отдел в ста­нице Червленной (атаман Юрий Мащенко);

- 2 июня - Моздокский отдел (атаман Алек­сей Подгурский);

- 19 октября - Терско-Малкинский отдел (атаман Михаил Клевцов);

- 20 октября - Наурский отдел (атаман Александр Луганский);

- 8 декабря - Грозненский отдел (атаман Георгий Галкин).

Впервые за 70 лет в столице терского ка­зачества городе Владикавказе был проведен праздник казачьей песни, получивший под­держку у населения. Здесь же прошел каза­чий семинар и был образован культурный ка­зачий центр. В станице Архонской была соз­дана конноспортивная школа.

Казачьи общества, возникающие на тер­ритории Ставропольского края, в большин­стве своем объединялись в созданный 28-29 сентября 1990 года по инициативе В. В. Ходарева и П. С. Федосова «Ставропольский кра­евой Союз казаков». Уже к маю 1991 года ко­личество членов этой казачьей организации выросло до 25 тысяч человек.

28-30 июня 1990 года в Москве в клубе завода «Серп и молот» состоялся Большой Учредительный Круг Союза казаков. При­мечательно, что Круг открылся в день нача­ла работы XXVIII съезда КПСС, которому от собравшихся казаков было послано привет­ствие. На Круге присутствовало 263 делега­та от нескольких десятков казачьих органи­заций и инициативных групп, представляв­ших потомков казаков общей численностью свыше 70 000 человек. Круг принял Устав и определил цели союза - «возрождение ка­зачества как самобытной, исторически сложившейся культурно-этнической общ­ности людей, на принципах православия, уважения к нациям и религиозным тради­циям всех народов, духовного, нравствен­ного воспитания молодежи». На Круге были избраны атаман, Совет атаманов и атаман­ское правление. Атаманом Союза казаков стал донской казак Александр Гаврилович Мартынов.

Таким образом, основным катализатором возрождения казачества была та политиче­ская, социально-экономическая, этнокуль­турная ситуация, которая сложилась во вто­рой половине 1980-х годов. Если в первые годы возрождения казачье движение стави­ло перед собой лишь цели культурной и па­триотической направленности, то к нача­лу 1990-х годов оно все мощнее начинает заявлять о себе как о политической силе. В это время формируются и основные тен­денции его политической активности, кото­рые наиболее ярко проявятся на последую­щих этапах возрождения. Власть же пытает­ся использовать казачье движение для реа­лизации своих планов по созданию широкой социальной базы перестроечному процессу и реформированию государства.

«Возрождение казачества» или, по-другому, «казачий ренессанс», проходило в условиях, очень непростых для всего каза­чества России, а для терского - особенно. Огромный эмоциональный подъем среди ка­заков, который сопутствовал структурному объединению казачьих организаций Терека, наталкивался на две большие проблемы, на­ложившие отпечаток на все дальнейшие эта­пы жизни терцев - неспособность Федераль­ного центра решить экономические и поли­тические проблемы Кавказа, и, как след­ствие этого, захлестнувший северокавказ­ские республики всплеск националистиче­ских и сепаратистских настроений.

23-24 марта 1991 года в г. Владикавказе состоялся Первый Большой круг терского ка­зачества на котором присутствовали около 300 делегатов и приглашенных, в том числе от республиканских и местных органов вла­сти. Самой многочисленной была делега­ция казаков Терско-Малкинского казачьего округа Кабардино-Балкарской республи­ки (103 казака из 183, или 56,3%). Под зву­ки духового оркестра в зал было внесено, освященное православной церковью, знамя возрождающегося Терского казачества: на светло-синем полотнище, в венке из дубовых и лавровых ветвей взлетающий орел с була­вой в когтях, увенчанный старинным гербом Терской области.

По казачьей традиции круг благословил благочинный православных церквей Север­ной Осетии протоиерей Леонид (Ахидов), ко­торый в своем напутствии сказал: «Казаче­ство - это вольность, это героизм и муже­ство, это преданность Матери-родине и Церк­ви Православной, это любовь к земле и тру­ду, это здоровый семейный быт и уважение к женщине, это христианское милосердие и благотворительность, это защита Матери-родины, защита мира и справедливости на земле. Оно помнит слова Господа: «Нет боль­ше той любви, как кто положит жизнь свою за ближних своих».

В отчетном докладе атаман В. Д. Коняхин доложил о проделанной работе и отметил, что к настоящему времени число терцев уже достигло 497 000 человек. В 3 часа дня деле­гаты круга собрались на площади Свободы на митинг по случаю прибытия в Северную Осе­тию Председателя Верховного Совета РСФСР Б. Н. Ельцина, который в своем выступле­нии твердо заверил, что вопрос о реабилита­ции казачества, в том числе терских казаков будет законодательно решен. В связи с обо­стрившейся обстановкой на границе с Гру­зией и ведением боевых действий в Южной Осетии, казаки приняли обращение к Прези­денту СССР М. С. Горбачеву, Председателю Верховного Совета РСФСР Б. Н. Ельцину, Вер­ховному Совету республики Грузия и одобри­ли резолюцию «О межнациональных отноше­ниях». В резолюции в частности говорилось: «Мы обращаемся ко всем народам многона­ционального Северного Кавказа вернуться к вековому опыту добрососедства, мира и тру­да, не допускать насилия и экстремизма, ре­шать все вопросы межнациональных отноше­ний только мирным путем».

В ходе работы круга пришло печальное известие, что 23 марта группой ингушей в ко­личестве 7 человек в станице Троицкой был убит семнадцатилетний казак Виктор Типайлов, вступившийся за честь своей однокласс­ницы. Убийцы, как это водится в националь­ных республиках Северного Кавказа, не по­несли никакого законного наказания.

Предыстория этого и последующих крова­вые событий была заложена еще в эпоху Хру­щевской «оттепели». 7 февраля 1957 года при реабилитации депортированных наро­дов была восстановлена Чечено-Ингушская республика. В ее состав вернули сунжен­ские казачьи станицы, но теперь уже без всякой автономии. Кроме того, от Ставро­польского края отчленили 4 района терско­го левобережья, которые раньше в Чечено-Ингушетию никогда не входили. и в каче­стве «компенсации» их тоже присоединили к воссозданной автономной республике. Тоже самое происходило и с восточной оконеч­ностью терских земель. Так, Кизлярский район оказался отрезанным от Ставрополь­ского края, и его отдали Дагестану. При этом возвращаемым из ссылки чеченцам и ингушам власти всячески препятствовали се­литься в горах, направляя их на казачьи зем­ли. Уже в 1959 году в Наурском районе че­ченцы составляли 7,3%, в Шелковском 5,7%. В дальнейшем эти цифры росли.

После окончания работы Большого кру­га события стали развиваться стремительно. Так, уже через две недели в поселке Карабу-лак 7 апреля в День Светлого Христова Вос­крешения ингушским националистом и. Ба-тыровым был зарезан атаман Сунженского отдела Александр ильич Подколзин.

Спустя 20 дней в ночь с 28 на 29 апреля 1991 года ингушскими экстремистами с трех направлений был совершен вооруженный на­лет на беззащитное население станицы Тро­ицкой. В течение 10 часов в станице длились погромы. В ходе бандитского налета погиб­ло 5 казаков и 53 получили различной тяже­сти ранения, было сожжено 8 домов, постра­дал частный автотранспорт. Обстановка в Сунженском районе накалилась до предела, в станицу Троицкую были введены подразде­ления МВД и батальон ОМОН.

В эти трагические для Сунженского отде­ла дни казаки не оставили в беде своих бра­тьев. После трагических событий в станице Троицкой, Кубанская казачья рада организо­вала сбор пожертвований в фонд Сунженско­го отдела Терского казачества, а 500 семей сунженских казаков нашли приют на кубан­ской земле.

26 апреля 1991 года был принят За­кон РСФСР № 1107-1 «О реабилитации ре­прессированных народов», в который была включена формулировка «...и иные культурно-этнические общности людей, например казачество». Впервые в офици­альной советской лексике прозвучало слово «казачество». В этот же день было принято постановление Верховного Совета РСФСР № 1108-1 «О порядке введения в действие зако­на РСФСР «О реабилитации репрессирован­ных народов». Однако следует заметить, что этот Закон и постановление, как и последую­щие подзаконные акты (Указ Президента рф «О мерах по реализации Закона рф «О реа­билитации репрессированных народов» от 15 июня 1992 года и Постановление Верховного Совета рф «О реабилитации казачества» от 16 июля 1992 года) носили явно декларатив­ный характер. В целом же вышеуказанный Закон негативно повлиял на сложную межэт­ническую ситуацию на Северном Кавказе, спровоцировав претензии национальных ли­деров на новое территориально-этническое размежевание. Высшее Советское руковод­ство в очередной раз применила древнерим­ский принцип «разделяй и властвуй».

Как следствие этого, начал нарастать кризис между Северной Осетией и ингуше­тией, и в условиях назревающего межэтни­ческого конфликта казаки станицы Троицкой 28 апреля 1991 года образовали Комитет по спасению Сунженских казаков. комитет вы­двинул требования о восстановлении Сун­женского округа, упраздненного в 1928 году, а также о введении чрезвычайного положе­ния на территории Сунженского района. Это требование было поддержано на экстренном Малом Совете атаманов Союза казаков про­ходившем 6-7 мая 1991 года в Москве. Малый Совет атаманов принял резолюцию, в кото­рой потребовал от Президента СССР, Верхов­ных Советов РСФСР, Чечено-ингушской ре­спублики принять незамедлительные меры по введению чрезвычайного положения в Сунженском районе и стабилизации ситуа­ции. резолюция была передана 7 мая вице-президенту Янаеву, заместителю Председа­теля Верховного Совета РСФСР исаеву, от­правлена по телеграфу в Верховный Совет Чечено-ингушской республики.

Через две недели 23 мая 1991 года на Съезде атаманов Юга России и представите­лей горских народов впервые были сформу­лированы жесткие требования к властям, ко­торые определили всю дальнейшую полити­ку возрождения казачества во взрывоопас­ных регионах Северного Кавказа:

«1. Ввести в Сунженском районе Чечено-ингушской республики чрезвычайное поло­жение и принять действенные меры по разо­ружению ингушских бандитских групп.

2. Срочно сформировать из состава вои­нов запаса (казаков) на добровольной основе подразделения МВД на время чрезвычайно­го положения для охраны станиц Сунженско­го района: Троицкая, Орджоникидзенская (Слепцовская), Ассинская, Нестеровская, п. Карабулак, с. Серноводск.

3. Восстановить Сунженский автономный округ, незаконно упраздненный в 1928 году, в его исторических границах.

4. Для расследования фактов геноцида против сунженских казаков и осетин и при­влечения всех виновных к строгой ответ­ственности создать следственные группы прокуратуры и КГБ РСФСР и СССР.

5. О всех преступлениях и результатах расследования сообщить народам России че­рез центральные средства массовой инфор­мации».

К сожалению, это обращение так и не было услышано властными структурами. На­чался массовый исход русского населения с территории Ингушетии.

4 ноября 1991 года в поселке Червленые Буруны Чечено-ингушетии была принята Де­кларация об образовании Казачье-Ногайской автономии на левобережье Терека.

Подобных требований от казачьих орга­низаций России в тот период выдвигалось немало. Второй Большой Круг Союза каза­ков России, проходивший в Ставрополе 7-10 ноября 1991 года, принял резолюцию № 1 «О казачьем землепользовании», резолюцию № 2 о признании Союза казаков Области Вой­ска Донского правопреемником Донской ре­спублики, а так же специальное решение «О восстановлении незаконно упраздненно­го национально-государственного образова­ния в составе РСФСР» (Донской республики). Круг поддержал идею создания Баталпашинской и Зеленчужско-Урупской казачьих ре­спублик в составе Карачаево-Черкесии. Но как оказалось, ни высшее руководство стра­ны, ни власти на местах не собирались да­вать ход казачьим инициативам.

В стране тем временем происходили куда более глобальные перемены. Так раз­вернувшееся противостояние различных по­литических сил зеркально отражались на движении за возрождение казачества, рас­кол российского общества проецировал­ся и на казачье движение. Одной из самых больших проблем, вставшей на пути каза­чьего движения России и сравнимой толь­ко с северокавказским экстремизмом, яви­лось внутриказачье размежевание. Недаль­новидные и крайне амбициозные казачьи лидеры начали раскалывать до этого непро­должительное время являвшийся единым казачий лагерь. По инициативе атамана Мо­сковского землячества казаков Георгия Ко-кунько 20 июля 1991 года в противовес Со­юзу казаков России был создан СКВр - Союз казачьих войск России (с 1993 года - СКВРЗ - Союз казачьих войск России и Зарубежья). Учредителями СКВР явились 30 казачьих организаций, представляющих так назы­ваемое «белое казачество». В результате казачье движение оказалось расколотым, и ему был нанесен значительный ущерб. ис­пользовали опыт создания СКВР и другие ка­зачьи лидеры, и вскоре на политическом го­ризонте России появился целый «букет» как «всероссийских» казачьих структур, так и организаций, оппозиционных и параллель­ных уже существующим казачьим войскам. Подобные течения способствовали дискре­дитации казачьего движения и уводили ка­зачьи силы от решения более серьезных и масштабных проблем в плоскость внутрика-зачьей борьбы.

19-21 августа 1991 года в СССР была пред­принята робкая попытка остановить рефор­мы, ведущие к развалу страны. Созданный «Государственный Комитет по чрезвычай­ному положению» объявил в стране Чрез­вычайное Положение. и если руководство Союза казаков России (СКр) призвало каза­чество воздержаться от политических дей­ствий, то при Союзе казачьих войск России (СКВР) был образован «временный поход­ный штаб» из членов Правления для проти­водействия ГКЧП, было выработано обраще­ние, которое заканчивалось словами: «Все на защиту законного правительства России». От Союза казаков Области Войска Донского (СК ОВД) в Москву был послан так называе­мый «Сводный заградительный полк», а из казаков, участвовавших в «обороне» Белого Дома, была сформирована «Особая посоль­ская сотня генерала Дорохова» под коман­дованием А. Максимова.

Что же касается руководства Терского казачества, то выполняя постановление Со­юза казаков России, атаманом В. Д. Коняхиным 19 августа 1991 года была отправлена телеграмма с поддержкой ГКЧП на имя ис­полняющего обязанности Президента СССР Г. Янаева. В телеграмме, в частности, гово­рилось: «Мы, терские казаки, приняли наше твердое решение направить свои силы и по­мыслы в помощь государственному комите­ту по чрезвычайному положению для уста­новления стабилизации и порядка в стране. В трудное для отечества время казаки всег­да приходили ему на помощь и достойно за­щищали мощь и величие России. Ныне мы разъединены и унижены. Необходимо спло­чение политическое, экономическое, духов­ное. Только так мы обретем достойные на­шего народа мощь и благо. Казаки с вами. Да хранит вас Бог».

Примечательным показателем призна­ния казачества в качестве реальной военно-политической силы государством было по­явление 20 августа 1991 года, в ходе улич­ного противостояния ГКЧП, Приказа № 3, подписанного председателем госкомите­та РСФСР по оборонным вопросам генерал-полковником К. Кобецом. В Приказе в част­ности говорилось, что «российское казаче­ство признается в качестве реальной боевой единицы Государственного комитета РСФСР по оборонным вопросам».

Несмотря на открытую поддержку ГКЧП, Большой Круг терского казачества, прошед­ший во Владикавказе 15-17 ноября 1991 года, подтвердил полномочия атамана В. Коняхи-на и предложил создать Терскую республику в составе РСФСР [12, с. 41.]. Но, как извест­но, ни это решение, ни решения принятые на Втором Большом Круге Союза Казаков реали­зовано не было.

19 декабря 1991 года была образова­на еще одна организация, объединяющая казаков-терцев на территории Ставрополь­ского края - Пятигорский округ Ставро­польского краевого Союза казаков (позд­нее округ вошел в состав Терского казачье­го войска). Атаманом был избран Александр Алефиров. Практически с самого начала сво­его существования и до 1997 года эта струк­тура была наиболее организованной, много­численной и энергичной среди подобных ка­зачьих обществ, как на Ставрополье, так и в северокавказском регионе в целом.

23 февраля 1992 года в городе Владикав­казе состоялся очередной Большой круг тер­ского казачества, на котором присутствова­ли 332 делегата, представители командова­ния владикавказского гарнизона, местные органы МВД, делегации казаков с Дона, Куба­ни, Ставрополья. Основным лейтмотивом ра­боты Круга была обеспокоенность сепара­тистскими действиями властей Чеченской республики, оттоком русского населения из неблагополучных районов. Так в своем выступлении атаман Наурского отдела А. Г. Луганский отметил, что положение осложня­ет ряд законов, принятых в Чеченской респу­блике, которые противоречат принципу при­оритета общечеловеческих ценностей, дают основания для дискриминации невайнахских народов, в том числе коренного казачьего населения, по национальному и религиозно­му признаку. Тревогу атамана вызвал и от­ток русского населения из республики. Ата­ман Кизлярского отдела В. Ф. Чеботарев от­метил, что проявления чеченского национа­лизма выплескиваются и за пределы Чечни. Он привел факты хулиганских выходок че­ченских националистов в Кизлярском райо­не Дагестана, в частности о нарастании на­пряженности в отношении между даргинца­ми и чеченцами в станице Дубовской, где по­следние пытаются воспрепятствовать испол­нению обязанностей избранного главы адми­нистрации.

решением делегатов круга Терскому ка­зачеству было возвращено его историческое название - Терское казачье войско, утверж­ден текст присяги терских казаков. Круг по­требовал обеспечить безопасность русскоя­зычного населения в соседних с Чечней рай­онах, восстановить законный порядок в Че­ченской республике.

Требования казаков не были восприня­ты органами государственной власти, бо­лее того весной 1992 года все федераль­ные силовые структуры спешно покинули Чеченскую республику. В руки сепарати­стов попали многочисленные склады и воен­ные городки, полные современного оружия.

Ситуация на Северном Кавказе стала на­поминать кровавые события периода Граж­данской войны. Брошенное на произвол судьбы русскоязычное население бежит из родных мест. За 2,5 года Чеченскую и Ин­гушскую республики вынуждены были по­кинуть свыше 220 000 человек. В Наур­ском, Шелковском и Слепцовском районах славянское население сократилось на 15%.

Дольше всех держались казачьи станицы. Вскоре положение на Северном Кавказе усу­губилось началом боевых действий в Чечен­ской республике. С началом военного кон­фликта в 1994 году исход русского населе­ния с территории Ингушетии и Чечни стал лавинообразным.

С этого момента и практически на десяти­летие вперед незыблемым требованием поч­ти всех Кругов и Советов атаманов Терского казачьего войска явилось то создание мифи­ческой Терской области или Терской респу­блики, то возвращение Наурского, Шелков­ского, Тарумовского и Кизлярского районов в состав Ставропольского края.

Теперь по прошествии определенного пе­риода времени, совершенно очевидным яв­ляется то, что вполне законные требования казаков были в ситуации общегосударствен­ного хаоса просто невыполнимы. и глав­ная причина тому - полное отсутствие по­литической воли у федерального центра. В этой ситуации терские казаки упустили из внимания самое главное требование, которое могло заменить все остальные - власть на местах. На фоне процесса суверинизации некоторых субъектов российской Федерации нужно было самим брать власть на местах. Но у лидеров казачьего движения еще была вера в то, что федеральный центр защитит их. В самой казачьей среде наблю­далось практически полное отсутствие глу­бинного общинного самосознания, присуще­го казачьему социуму в досоветский период. «Без крепкого традиционализма и казачьего обычного права, - пишет в своем исследова­нии О. В. Губенко, - невозможно было заста­вить работать как функции общественной ак­тивности, так и функции общественного кон­троля. Налицо было проявление заложенно­го в 1917 году механизма рассказачивания - культурной ассимиляции».

В начале 90-х годов в казачьи ряды вли­лось огромное количество авантюристов и провокаторов, которые кое-где на волне де­шевого популизма смогли увлечь за собой

Ответы экспертов:

Экстремистам - отдельную камеру. За и против?

Дискуссионный материал С.Оганесяна и В.Михайлова о необходимости отдельного содержания лиц, осужденных за религиозный экстремизм и терроризм, в учреждениях УИС.

Список статей, посвящённых антитеррористической проблематике, в "Российском психологическом журнале"

Новости

Не болтай!

Министерство Обороны России выпустило серию пропагандистских плакатов, направленных на предупреждение и профилактику правонарушений военнослужащих и гражданского персонала ведомтсва в области нарушений режима секретности и гостайны.  Подобные плакаты, во многом, продолжают традиции, заложенные советскими художниками-иллюстраторами в первые годы советской власти.

Новости

Всероссийский форум «Противодействие идеологии терроризма в образовательной сфере и молодежной среде»

Актуальные вопросы противодействия идеологии терроризма в образовательной сфере и молодежной среде эксперты будут обсуждать в течение двух дней. В первый день работы форума, 24 сентября, будут работать пять секций на базе образовательных организаций города. 25 сентября в Российском университете дружбы народов состоится пленарное заседание форума.

Отправить материал