Отдельные вопросы законодательного регулирования борьбы с терроризмом в зарубежных странах

09.02.2010


 Фаргиев И.А.

 

В Кодексе преступлений против мира и безопасности человечества 1954 года Комиссии международного права ООН, терроризм определен как совершение, организация, содействие осуществлению, финансирование или поощрение актов против другого государства или попустительство совершению таких актов, которые направлены против лиц или собственности и которые по своему характеру имеют целью вызвать страх у государственных деятелей, групп лиц или населения в целом. Данное определение не стало всеобъемлющим в связи с тем, что имеются разные подходы государств к понятию «терроризм». Эти подходы обусловлены, как правило, влиянием политического фактора на оценку событий, связанных с совершением террористических актов [1]. Несмотря на различное понимание «терроризма» многие государства вынуждены обратить весьма серьезное внимание на проблему борьбы с данным международным злом, приняв специальные законы.

 

Одним из первых нормативных актов, регулирующих вопросы противодействия терроризму, в недавней истории стал Указ «О предотвращении терроризма», изданный в 1948 году Временным государственным советом Израиля. В дальнейшем приняты законы в следующих странах: Великобритания – «О предупреждении терроризма» (1974, с дополнениями уголовной ответственности за финансирование, недонесение, укрывательство лиц, обвиняемых в терроризме, 1976), Италия – «О срочных мерах по защите демократического порядка и общественной безопасности» (1979), Индия – «По борьбе с терроризмом и подрывной деятельностью» (1985), Германия – «О борьбе с терроризмом» (1986), Франция – «О борьбе с терроризмом и посягательствами на государственную безопасность» (1986), США – «О борьбе с терроризмом и применении смертной казни» (1996), Турция – «О борьбе с терроризмом» (1991), Азербайджан «О борьбе с терроризмом» (1999), Беларусь «О борьбе с терроризмом» (1999), Армения «О борьбе с терроризмом» (2005), Кыргызстан «О борьбе с терроризмом» (2006) и др.

 

Следует отметить, что имеющиеся отличия в формулировках терроризма в законодательствах иностранных государств не явились препятствием для признания его во внутреннем уголовном праве большинства стран чисто уголовным преступлением.

 

Например, в Уголовном кодексе Франции в специальном разделе «О терроризме» включено шесть статей, предусматривающих ответственность за преступления террористического характера. Аналогичные нормы закреплены в: ст. 129 а1 УК ФРГ; ст.ст. 147-148 УК Норвегии; ст. 115 УК Республики Корея; ст. ст. 311-314 УК Турции; ст. 214 УК Азербайджанской Республики; ст. 88 УК Латвийской Республики; ст. 250 УК Литовской Республики; ст.ст. 289-290 УК Республики Беларусь; ст. 278 УК Республики Молдова; ст. 155 УК Республики Узбекистан; ст. 233 Республики Казахстан; ст. 226 УК Кыргызской Республики; ст. 179 Республики Таджикистан.

 

Анализ антитеррористического законодательства иностранных государств позволяет сделать вывод о преобладании в них единых тенденций, которые правоведы называют «юридической репрессивной стратегией» [2]. К числу основных направлений данной стратегии следует отнести:

а) факт участия в преступных группах террористического характера рассматривается как оконченное преступление, влекущее существенное повышение размера наказания, при установлении обстоятельства, что содеянное совершено в целях террористической деятельности;

б) уголовную ответственность для лиц, входящих в какую-либо из запрещенных государством организаций, склоняющих к этому других лиц или участвующих в деятельности указанных организаций;

в) виновность в принадлежности к терроризму любого лица, которое осуществляет пропаганду идей терроризма, вербовку, вооружение, обучение и использование террористов, финансирует террористическую деятельность, распространяет материалы или информацию террористической направленности;

г) упрощение процедуры рассмотрения дел, связанных с терроризмом, ограничение права на суд присяжных, на освобождение под залог;

д) приоритет защиты прав и законных интересов лиц, подвергающихся террористической опасности;

е) депортацию иностранных граждан, подозреваемых в связях с террористами, отказ в выдаче въездных виз гражданам государств, поддерживающих терроризм, а также всем лицам, подозреваемым в терроризме;

ж) увеличение сроков превентивного заключения под стражей лиц, подозреваемых в терроризме, и ограничение их прав на обращение с апелляцией к властям;

з) уголовное преследование за совершение гражданами действий, затрудняющих идентификацию их личности, например появление в общественном месте в маске;

и) законодательный запрет на сбор, хранение, публикацию и передачу информации, касающейся полиции, сил безопасности, должностных лиц суда и прокуратуры, служащих пенитенциарной системы, которая может оказаться полезной для террористов;

к) уголовную ответственность за сокрытие информации, которая могла быть полезной для предотвращения или нейтрализации террористических актов [3].

 

Поскольку террористический акт, как правило, адресуется государственным органам и его жертвами оказываются случайные люди, законодатели иностранных государств уделяют особое внимание их защите. В связи с этим в УК многих стран закреплены поощрительные нормы. Суть данных норм заключается в том, что они всегда предоставляют лицу, причастному к террористической деятельности, т.е. «попавшему в сферу влияния уголовного закона или вступившему с ним в конфликт, возможности выйти из этого состояния» [4], путем устранения либо смягчения реального или потенциального уголовного наказания при наличии условий, указанных в норме закона, предусматривающем ответственность за терроризм.

 

Так, согласно ст. 422-1 УК Франции: «любое лицо, покушавшееся на совершение акта терроризма, освобождается от наказания, если поставив в известность административные или судебные органы власти, оно позволило предотвратить осуществление преступного деяния и установить, в случае необходимости, других виновных лиц».

 

В соответствии с ч. 5 ст. 278 УК Республики Молдова: «К лицу, совершившему террористический акт, его соучастнику могут быть применены минимальные уголовные наказания, предусмотренные законом, если они предупредили органы власти о соответствующих действиях и этим способствовали предотвращению гибели людей, причинения телесных повреждений или иного вреда здоровью, иных тяжких последствий, либо разоблачению других преступников». В ч. 6 ст. 278 данного УК закреплено, что: «Лицо, участвовавшее в подготовке террористического акта, освобождается от уголовной ответственности, если оно своевременным предупреждением органов власти или иным путем способствовало предотвращению осуществления террористического акта и если в действиях этого лица не содержится иного состава преступления».

 

Таким образом, в нормах уголовного законодательства большинства зарубежных стран в целях предупреждения террористических преступлений, а также скорейшего раскрытия уже совершенных, к лицам, совершившим указанные преступления или участвовавшим в них в качестве соучастников, могут применяться поощрительные нормы в следующих случаях:

- когда виновный предупреждает органы государственной власти о готовящемся преступлении и принимает все меры, чтобы помешать его совершению;

- когда виновный помогает задержать исполнителей или соучастников совершенного преступления.

 

В борьбе с терроризмом законодательства отдельных стран допускали отступления от фундаментальных принципов уголовного права и уголовного процесса.

 

В частности, одним из важных принципов демократического права является принцип обратной силы уголовного закона, закрепленный также и в нормах международного права (ст. 15 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года). Его суть заключается в том, что если расследование и рассмотрение судом уголовного дела происходит уже после вступления в силу нового уголовного закона, к деянию, которое было совершено до вступления его в силу, по общему правилу применяются нормы старого уголовного законодательства (так называемое ультраактивное действие или переживание уголовного закона) [5]. Игнорируя указанный принцип, в начале 1987 году во Франции была принята поправка, в силу которой действие антитеррористического законодательства распространялось на преступления, совершенные и до его принятия. То есть закон приобретал обратную силу, что свидетельствует о серьезном отношении законодателей к опасности, грозящей французскому обществу со стороны террористов.

 

Аналогичное отступление ранее, в 1977 году, от принципа презумпции невиновности, являющегося одним из основных принципов правосудия, было допущено в Великобритании. Здесь законодатель в целях пресечения вооруженных вылазок в стране предусмотрел отказ от презумпции невиновности. Любое лицо, которому предъявлялось обвинение в незаконном хранении оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ, самостоятельно должно было доказать свою невиновность. Следует отметить, что в воспитанном на демократических традициях английском и французском обществе эти изначально непопулярные меры нашли поддержку большинства населения и вызвали полемику лишь среди правозащитников и в средствах массовой информации [6].

 

Анализ иностранного законодательства, предусматривающего борьбу с терроризмом, а также практики его применения, позволяет сделать вывод, что главной проблемой реализации указанного законодательства в демократически развитых государствах в настоящее время является обеспечение правовой защиты граждан от террористических посягательств, при одновременном соблюдении прав и свобод личности, гарантированных нормами международного права. Данная проблема актуальна и для Российской Федерации, поэтому изучение зарубежного опыта законодательного регулирования борьбы с терроризмом может быть полезно отечественному законодателю и правоприменителю.

 

Литература

  1. Антонян Ю.М. Терроризм. Криминологическое и уголовно-правовое исследование. – М., 1998. – С. 58.
  2. Багаев И.М. Политико-правовые рамки международной антитеррористической деятельности // http://www.ipdk.ru
  3. Некоторые вопросы международного антитеррористического законодательства и сотрудничества в борьбе с терроризмом / Материалы семинара-конференции Международной контртеррористической тренинговой ассоциации (МКТА), 11-13 июня 2001 г. // http://www.ictta.ru.
  4. Мелтонян Р.М. Поощрительные нормы Уголовного кодекса Российской Федерации: Автореф. дис. … к.ю.н. – Рязань. 1999. – С. 8.
  5. Уголовное право России. Части Общая и Особенная: учебник / Под ред. А.И. Рарога. – М., 2008. – С. 21.

 

Особенности профилактики экстремизма в высших учебных заведениях

Текст научной статьи по специальности «Социологические науки»

    Излученко Татьяна Владимировна
Перспективы науки и образования, 2019, №3 (39)

Автором характеризуются особенности планирования и реализации мер профилактики экстремизма в высших учебных заведениях, обусловленные требованиями законодательства и отношением обучающихся к данной проблеме. Материалы и методы исследования представлены функциональным и комплексным подходами, концепциями возрастных особенностей и функционирования когнитивной системы, а также результатами проведённого анкетирования и опросов обучающихся. Молодёжь представляет наибольший интерес в качестве целевой аудитории для различного рода экстремистских объединений. Низкий уровень правовой информированности, осуществление большой доли коммуникационных контактов опосредовано через ресурсы сети Интернет, недоверие к различным государственным структурам являются предпосылками для вовлечения. Причинами участия в экстремистской деятельности выступают возрастные особенности психики, когнитивные состояния сознания, неопределённость социального статуса, стремление выразить социально-политические идеи и реализовать их, в том числе и с применением насилия. В этой связи возрастает роль в противодействии экстремизму учебных заведений. Эффективными представляются меры адресного характера, ориентированные на выявление и работу с отдельной категорией обучающихся, предоставление квалифицированной поддержки информационно-консультативного плана. Повышение уровня правосознания и доверия к руководству, включённость обучающихся в общественные организации, творческие коллективы и развитие навыков критического мышления будут способствовать минимизации рисков, а ранжирование регионов по уровню экстремистской угрозы оптимизации материально-финансовых затрат.

КРАТКИЙ КУРС ЛЕКЦИЙ ПО ПРОТИВОДЕЙСТВИЮ РЕЛИГИОЗНО-ПОЛИТИЧЕСКОМУ ЭКСТРЕМИЗМУ

Учебное пособие «Краткий курс лекций по  противодействию религиозно-политическому экстремизму» содержит хронологическое изложение основных этапов  возникновения,  становления  и  распространения религиозно-политического экстремизма в мире и на территории Росси, выявлению особен-ностей данного явления применительно к России и Дагестану, дает обзор ос-новных  тенденций профилактики  и противодействия  религиозно-политическому экстремизму в мире. К каждой теме имеется список литературы и вопросы для самостоятельной проработки. Учебное пособие может быть ис-пользовано студентами вузов негуманитарного профиля, а также всеми, инте-ресующимися историей России.

Пособие разработано в ГОУ ВО «Дагестанский  государственный университет народного  хозяйства»

Комплексный план противодействия идеологии терроризма в Российской Федерации на 2019 – 2023 годы

Комплексный план противодействия идеологии
терроризма в Российской Федерации на 2019 – 2023
годы

ПРОФИЛАКТИКА ЭКСТРЕМИЗМА И ИДЕОЛОГИИ ТЕРРОРИЗМА В МОЛОДЕЖНОЙ СРЕДЕ (тема научных исследований)

Цель социологических исследований в рамках заявленной темы – анализ экстремистской направленности и распространения идей терроризма в молодежной среде Свердловской области и выявление оснований для целенаправленного педагогического и информационно-пропагандистского воздействия с целью раннего предупреждения и минимизации таких проявлений.

Список статей, посвящённых антитеррористической проблематике, в "Российском психологическом журнале"

Новости

«Экстремизм и терроризм в молодежной среде»

«Экстремизм и терроризм в молодежной среде»

Новости

Противодействие террору в цифровом мире. в чем особенности?

Белоруссия, в отличие от многих иных государств пост-советского пространства, практически избежала волны терроризма, столь характерной для 90-х и 00-х годов. Однако это не означает, что эта трансграничная проблема ее не волнует.  В начале октября в Минске под патронажем МИД Республики Беларусь и Департамент транснациональных угроз Секретариата ОБСЕ прошла  международная конференция «Предотвращение и борьба с терроризмом в цифровую эпоху». По данным МИД Беларуси, участниками конференции были руководство ОБСЕ, СНГ, ОДКБ, Контртеррористического управления ООН, Управления ООН по наркотикам и преступности, а также высокопоставленные представители стран-участниц ОБСЕ и стран-партнёров, представители бизнес-сообщества, гражданского общества, аналитических структур.

Отправить материал