Католицизм в диалоге с Исламом: давление нарастает

08.11.2011


Заметные изменения произошли при Бенедикте XVIв диалоге католицизма с исламом, в отношении которого Ватикан проводит всё более наступательную линию.

Суть её заключается в том, чтобы добиться постепенного реформирования ислама в направлении принятия им системы ценностей современного западного общества, вынудив отказаться от тех фундаментальных положений, которые никак не вписываются в культуру терпимости.

Речь идёт о том, чтобы трансформировать ислам, сделав его открытым к просветительским идеям и восприимчивым к интеллектуальному и религиозному плюрализму.

Как писал исследователь Ральф Петере, «представьте себе, насколько бы мусульманский мир почувствовал себя лучше, если бы Мекка и Медина управлялись Представительным советом, вышедшим из различных школ и течений ислама внутри священного исламского государства – нечто вроде мусульманского супер Ватикана» – где о будущем веры все дискутировали, а не утверждали бы авторитарно».

Многозначительно не упомянув мусульман в своей инаугурационной речи при перечислении тех конфессий, с которыми он намерен сотрудничать, в последующих выступлениях папа не раз говорил о том, что исламу придётся меняться.

Так, на встрече с бывшими студентами-богословами университета Девы Марии в Неаполе в сентябре 2005 г. он заявил, что демократия потребует от ислама «радикального пересмотра религиозных установок, что противоречит духу истин Корана в его понимании мусульманами».

Он также объяснил, что причина, которая мешает исламу приспосабливаться к реалиям меняющегося мира, заключена в том, что «в исламской традиции слово, данное Богом Мухаммеду, является предвечным словом, а не словом самого Мухаммеда», в то время как «логика христианской Библии позволяет интерпретировать её положения в соответствии с происходящими переменами».

Проводя линию на «осовременивание» ислама и требуя от мусульман большей терпимости, Ватикан стал более твёрдо отстаивать и интересы католиков в мусульманских странах.

Уже летом 2005 г. во время своей первой поездки в Кёльн в ходе встречи с представителями ислама Бенедикт XVIпризвал их бороться против терроризма и за религиозную свободу, имея в виду те государства, где запрещено обращение в христианство.

Отдельные католические деятели в своих высказываниях ясно дали понять, что считают, что прежние методы «тихой дипломатии и умиротворяющего потакания» провалились.

Так, в июне 2006 г. монсеньёр Велсио де Паолис, секретарь Верховного суда Ватикана, заявил: «Запад взаимодействует с арабскими странами уже полвека и не смог добиться хотя бы незначительного консенсуса по вопросам прав человека».

При этом, Клирики рангом пониже высказываются ещё более остро и определённо.

Например, сотрудник Фонда св. Варнавы Патрик Сухдео заявил, что сорокамиллионная христианская община в исламских странах находится сегодня в положении «осаждённого меньшинства», представители которого сталкиваются с дискриминацией в образовании, получении работы, судебных делах, что вынуждает их покидать свои страны, в результате чего число их там резко сокращается.

В Европе же сегодня проживает хорошо организованная мусульманская община в 20 млн. человек, а к 2050 г., по прогнозам учёных, мусульмане будут составлять 20% европейского населения.

Эти усиливающиеся диспропорции стали предметом особого внимания Бенедикта XVI, превратившего обретение христианами тех же прав в мусульманском мире, которыми обладают мусульмане в христианских странах, в один из ключевых моментов своей дипломатии.

Роль своего рода «детонатора» в деле вовлечения ислама в дискуссию о терпимости сыграла нашумевшая речь папы перед студентами и преподавателями Регенсбургского университета (Бавария) в сентябре 2006г., в которой он процитировал жившего в XIVвеке византийского императора Мануила IIПалеолога, заявившего в богословском споре с неким персом:

«Хорошо, покажи мне, что нового принёс Мохаммед, и ты найдёшь там только нечто злое и бесчеловечное, такое, как его приказ распространять мечом веру, которую он проповедовал».

И дальше: «Кто желает привести кого-то к вере, нуждается в способности хорошо говорить и правильно мыслить, а не в умении творить насилие и угрожать».

Трудно сказать, чем руководствовался папа, но в итоге речь сработала полностью в интересах Ватикана.

С одной стороны, она вызвала бурную реакцию в мусульманском мире: одни лидеры ответили на неё официальными протестами и призывами объясниться, другие требовали разорвать дипломатические отношения, третьи, наиболее радикальные, грозились «стереть Ватикан с лица земли» и «уничтожить крест в сердце Европы» либо даже громить церкви в Святой земле – и действительно, начались поджоги церквей в Палестине.

Всё это в неприглядном свете выставляло мусульман, как бы подтверждая процитированные папой слова об исламе как «насилии и угрозе».

С другой стороны, последующие объяснения Ватикана резко стимулировали поиск согласия с умеренным крылом ислама через привлечение его к «диалогу с современным миром».

В своей воскресной проповеди 17 сентября 2006 года в Риме папа признался, что он огорчён данной реакцией и что лишь процитировал средневековый текст, который не отражает его личное мнение, объяснив, что это было «приглашение к открытому и честному диалогу при полном взаимоуважении».

Уже в ноябре того же года Бенедикт XVIнанёс визит в Турцию (первый свой визит в мусульманскую страну), где совершал жесты, выражающие дружбу с мусульманами.

Папа, в частности, посетил Голубую мечеть, где он помолился, обратившись лицом в сторону Мекки.

Но главным итогом визита стало заявление папы о его поддержке стремления турок в объединённую Европу при условии прекращения дискриминации Константинопольского патриархата, глава которого, патриарх Варфоломей, всё время сопровождал понтифика в ходе его поездки.

Естественно, никаких мер с турецкой стороны за этим не последовало, но папа укрепил свой авторитет и в глазах турецкой элиты, и в глазах Константинопольского патриархата.

Целый год Ватикан налаживал контакты с мусульманским миром, что завершилось сенсационным событием: в октябре 2007 г. 138 мусульманских богословов и общественных деятелей призвали христиан и папу Римского к диалогу для борьбы с вызовами секуляризации и глобализации, издав обращение «Общее слово для нас и для вас», в котором в полном согласии с духом времени утверждалось, что «религиозная свобода – наиболее важная часть любви к ближнему».

Признав позицию мусульманских богословов интересной, папа инициировал новый богословский диалог, пригласив их на официальную встречу в Ватикан.

К политике стимулирования диалога был подключён и Всемирный экономический форум: в начале 2008 г. при участии контролируемого иезуитами Джорджтаунского университета он опубликовал отчёт «Ислам и Запад: ежегодный доклад о состоянии диалога», в котором указывалось, что большая часть мирового сообщества не считает противоречия между Западом и исламским миром неразрешимыми.

Там также творилось, что мусульмане уверены, что их уважение к немусульманам «превышает» аналогичное отношение «западников» к ним.

После такого интенсивного привлечения внимания мирового сообщества к проблеме ислама Бенедикт XVIпредложил, наконец, в апреле 2008 г. создать уже постоянный инструмент прямого межконфессионального диалога между католическими и мусульманскими богословами и религиозными деятелями в виде «Католическо-мусульманского форума», призванного решить сверхзадачу – попытаться на основе общих для двух религий положений найти точки соприкосновения на «стыке вер» и обеспечить взаимопонимание двух культур.

Первый семинар форума на тему «Любовь к Богу, любовь к соседу» был запланирован на ноябрь-месяц.

Однако собрать такой форум так и не удалось, зато в мае 2008 г. в Ватикане успешно прошёл коллоквиум «Вера и разум в христианстве и исламе», в которой с исламской стороны участвовали представители иранской Организации исламской культуры и связей.

Таким образом, начало «рациональному просвещению» ислама было положено, и следующую встречу запланировали провести в Тегеране в 2010 г.

Что же касается «отстаивания» Ватиканом интересов христиан в мусульманских странах, то ему свойственна крайняя политизированность, свидетельствующая о том, что Св.Престол заинтересован не столько в реальном улучшении положения христиан, сколько в содействии реализации американского геополитического курса в отношении исламских государств, в основе которого лежит известная концепция «столкновения цивилизаций».

Теория «столкновения цивилизаций» или «всемирного исламского заговора» была выдвинута в 90-е годы в качестве замещающей концепции после развала социалистического блока, став обоснованием борьбы США против не устраивающих их режимов на арабском Востоке, препятствующих реализации американских стратегических планов по контролю за энергетическими ресурсами и общей политической ситуацией в регионе.

Главными разработчиками её стали английский востоковед Бернар Левис и американский стратег Самюэль Хантингтон.

Впервые выражение «столкновение цивилизаций» появилось в статье Б. Левиса «Корни мусульманской злобы», в которой ислам был описан в крайне негативном свете, как реакционная, не поддающаяся модернизации религия, традиционализм и архаичность которой питают ненависть мусульман к Западу, ценности которого выражены иудео-христианством, представленным как единая цивилизация.

Данная оценка ислама основывается как на израильских представлениях о положении на Ближнем Востоке, так и на заключениях, вытекающих из учения христианского (евангелического) сионизма, представляющего собой самое мощное, в идейном и организационном отношении религиозное движение в США, с которым связано большинство представителей американской политической элиты.

Христианский сионизм, существующий в рамках протестантского фундаментализма или консервативного евангелизма, исходит из того, что заключённый Богом договор с израильским народом о владении им обетованной землёй остаётся в силе и государство Израиль должно быть восстановлено в границах царства Давидова, что исполнится к концу времён, перед вторым пришествием Христа.

Христос же явится на землю и христианам, которые его уже признали, и евреям, чтобы обратить их в христианство, и возвращение Его произойдёт, только когда все евреи вернутся на Святую землю и восстановят в Иерусалиме свой храм.

Таким образом, чтобы приблизить последние времена, необходимо способствовать воссозданию древнего Израильского государства и обеспечить его победу над противником.

Это и объясняет, почему американские евангелисты оказывают Израилю безусловную поддержку, оценивая любые его действия как законные и оправданные его Божественной миссией.

Соответственно, и шестидневная война 1967 г., и любая израильская победа рассматриваются ими как очередной этап на пути к воплощению пророчеств о последних временах.

Поскольку вся территория библейского Великого Израиля принадлежит евреям, это исключает саму возможность создания Палестинского государства, а проживающие на оккупированных территориях и в секторе Газа палестинцы должны покинуть эту землю.

События 11 сентября 2001 г., представленные фундаменталистами как первая битва «войны цивилизаций», положили начало тотальной борьбе с «исламским терроризмом», глубоко пропитанной религиозным символизмом – начиная с проповеди «крестового похода» сил Добра (цивилизованного Запада) против сил Зла («мусульманских орд») и кончая пророчествами, что война в Иране станет последней битвой Армагеддона, после которой произойдёт второе пришествие Христа.

Нынешнему президенту США Бараку Обаме чужда правофундаменталистская риторика, но в выражении своих произраильских чувств он оставил позади даже Дж. Буша. Выступая 4 июня 2008 г. на ежегодной конференции самой влиятельной организации произраильского лобби – Американо-Израильского комитета общественных связей (АЙПАК)в качестве кандидата в президенты, Обама назвал себя «настоящим другом Израиля» и полностью подтвердил своё понимание сионистской идеи и свою приверженность политике защиты Израиля.

Подчеркнув, что Израиль – это крошечная страна, находящаяся в кольце врагов – ХАМАС, «Хезболлы» и Ирана – и что подразделение «Аль-Кудс» революционной гвардии Ирана рассматривается как террористическая организация, Обама заявил: «Мы не можем позволить себе размякнуть, мы не можем опустить руки, и как президент я никогда не пойду на компромисс в вопросах безопасности Израиля...

Безопасность Израиля является неприкосновенной. Она не подлежит обсуждению.

Обама пообещал усилить военную помощь Израилю, потратив в ближайшие 10 лет 30 млрд. долларов на его безопасность.

Он также заверил, что Иерусалим останется единой и неделимой столицей израильского государства, подтвердив таким образом своё согласие с законом, принятым Конгрессом США в 1995 г., объявляющим этот город израильской столицей и требующим перевода туда американского посольства (в июне 2007 г. конгрессмены США вновь единогласно проголосовали за признание Иерусалима официальной столицей Израиля и обратились к другим государствам с требованием последовать их примеру).

Выступая перед мировым сообществом в качестве носителя идеи «глобального добра» и «Америки с человеческим лицом», Обама сдержанно отреагировал на военную операцию Израиля против сектора Газа в январе 2009 г., но она как раз и стала увертюрой к его политическому выходу на международную арену, призванному обеспечить преемственность антиисламского курса прежнего американского руководства.

Администрация Обамы с не меньшей энергией, чем её предшественница, приступила к подготовке последней битвы «войны цивилизаций», мобилизуя мировую общественность на противостояние якобы враждебному ей Ирана.

В итоге именно в результате нагнетания напряжённости на арабском Востоке и демонизации «радикального ислама» – этого детища западных спецслужб, а также вследствие локальных войн и конфликтов, теперь уже ставших здесь постоянным явлением, и происходит ухудшение положения местных христиан.

Как написал о них исследователь Гай Бехор, «в прошлом их защитником был арабский национализм, и они были самыми рьяными поборниками и лидерами панарабизма.

Но сегодня, когда главный фактор жизни – религиозный или политико-религиозный, жизнь христиан становится невыносимой».

В настоящее время в странах Ближнего Востока и Северной Африки проживает около 20 млн. христиан (28 христианских конфессий), при этом три четверти – в Ливане, Сирии, Ираке, Иордании и Египте.

В процентном отношении больше всего христианского населения в Ливане (34,2%) и Сирии (16,7%).Христиане здесь живут преимущественно компактно, представлены в основном различными этническими группами, среди которых немало арабов, турков и персов. Ухудшение положения в результате последствий американской агрессивной политики коснулось всех.

В Ираке христиане оказались в тяжелейшем положении после свержения режима Саддама Хусейна: и сунниты, и шииты стали вытеснять их из страны, называя «крестоносцами, преданными войскам США».

При Хусейне христианская община занимала прочные позиции в иракском обществе, но в той анархии, которая воцарилась после прихода американцев, насилия и убийства стали повсеместным явлением.

Восстановили и джизью – специальный налог на христиан, отменённый более ста лет назад.

Глава англиканской церкви в Ираке обвинил Лондон и Вашингтон в проведении «недальновидного курса» в отношении Ирака, который, по его словам, создал угрозу «самому существованию христианских общин в регионе».

По данным местной Христианской мирной ассоциации, если до американской операции христиане составляли 800 тысяч человек, то после – только 450 тысяч.

Исход христиан идёт из Ливана, дехристианиация коснулась и Сирии. Но особенно тяжёлая ситуация в Израиле и в Палестинской автономии.

В результате невыносимых условий, вызванных непрекращающимся арабо-израильским конфликтом, экономическими трудностями, безработицей и политикой притеснения со стороны Израиля, численность местного христианского населения катастрофически сокращается.

Если в конце второй мировой войны христиане составляли 15% населения Палестинской автономии (включая сектор Газа), то сейчас их осталось только 1,5%.

В Иерусалиме, где в 1940 г. проживало 45 тысяч христиан, сейчас их только 15 тысяч – 2% населения города.

Вифлеем и Назарет также не являются больше городами с преобладающим христианским населением.

Этот исход христиан называют «тихим трансфером». Израиль обвиняет в этом самих палестинцев, утверждая, что рост исламского экстремизма и победа ХАМАС на выборах поставили христиан под угрозу, хотя обходится молчанием тот факт, что процентное соотношение христиан снижается в течение уже десятилетий.

Согласно доводам Израиля, решение христиан покинуть землю, где жили их предки – это реакция на «столкновение цивилизаций», где фанатичный ислам противостоит иудеохристианскому Западу, и что, только борясь с джихадистам, можно улучшить участь преследуемых христиан.

Но при этом опять-таки умалчивается тот факт, что христианское меньшинство палестинцев, столетиями жившее на Святой Земле, продолжает играть ведущую роль в определении палестинского национализма и сопротивления израильской оккупации, разоблачая, таким образом, концепцию Хантигтона-Левиса, демонстрируя, что речь идёт не о войне религий, а о борьбе между коренными жителями и западными колонизаторами.

Не случайно в самом Израиле христиане составляли костяк коммунистической партии – единственной несионистской партии, разрешённой в Израиле на протяжении десятилетий.

Христиане составляли ядро и широкого светского национального движения палестинцев, помогая определиться в борьбе.

Именно потому Израиль и заинтересован в исходе христиан, обвиняя мусульман в запугивании и насилии.

В реальности снижение числа христиан объясняется и более низким уровнем прироста их населения, и подавлением Израилем палестинцев как внутри страны, так и на оккупированных территориях.

Эта политика проводилась втайне десятки лет, но за последние годы, со строительством заградительной стены и многочисленных пропускных пунктов, она резко усилилась.

Отъезд христиан выгоден Израилю, поскольку без них легче убедить мировое сообщество, что этому государству угрожает только один враг – фанатичный ислам, а палестинская национальная борьба – это лишь прикрытие для джихада и отвлечение от столкновения цивилизаций, при котором Израиль выступает как бастион Запада.

Чем же в этих условиях определяется политика Ватикана? Самым существенным фактором здесь является то, что утверждённый в результате начатого после IIВатиканского собора (1962-1965) «диалога» с иудеями католический взгляд на Израиль по сути воспроизводит подход христианского сионизма.

Признав в своих документах неизменность избранности иудеев и вечность Израиля как «исторический факт и предзнаменование в Божественном плане», Св. Престол не может осуждать курс израильского правительства на восстановление его государства в границах Древнего Израиля.

Но в то же время он не может позволить себе и открыто поддерживать захватническую политику израильтян, ведущую к исходу христиан из Ближнего Востока.

Отсюда непоследовательность и неопределённость позиции понтифика и вместе с тем двойной стандарт в оценке событий на Ближнем Востоке: никогда открыто не критикуя Израиль, Ватикан концентрирует своё внимание исключительно на нетолерантности мусульман.

Такой двойной стандарт присущ Ватикану и в оценке политики самих исламских государств: напоминая о необходимости уважения прав христиан в арабских странах, он ни разу не вступился в защиту православных сербов в Косово и не осудил те акты насилия, которые совершали и продолжают совершать исламские экстремисты-косовары, изгнавшие христиан и разрушившие сотни православных исторических памятников, церквей и монастырей.

После самопровозглошения независимости края Св. Престол призвал политиков и Косово, и Сербии «к осторожности и умеренности», потребовав «принять меры против экстремистских реакций и скатывания к насилию», оставив непрояснённым вопрос о том, чьи же действия расцениваются им как экстремистские.

Данное поведение Ватикана, не обеспокоенного исламизацией Косово и Метохии – этой исторической православной колыбели Сербии, обусловлено его общими стратегическими планами в отношении Балкан, полностью вписывающимися в проект США и Евросоюза, предусматривающего создание здесь аморфной Балканской федерации православных стран, находящихся под контролем Запада.

Как указывают аналитики, «в рамках осуществления этого проекта планируется изменить конфессиональную ситуацию на Балканах, обеспечив значительный удельный вес католиков в новой федерации – в частности, за счёт окатоличивания на западные деньги мусульманского населения Албании и Боснии и Герцеговины.

В том, что касается Албании, предусматривается, что 70% населения этой страны будут исповедовать католичество, но формально она войдёт в православную федерацию, обеспечивая для неё выход на Адриатику».

Известно, что Св. Престол никогда официально не оглашает свои прозелитические планы, но о них часто рассказывают их непосредственные исполнители, и в данном случае о них стало известно от главного католического епископа Косово Додье Дьердьи, выступившего в 2008 г. в Брюсселе перед представителями демократических партий Европы.

Он заявил, что косовские мусульмане – это «исламизированные католики, насильственно обращенные в своё время в мусульманство», подведя таким образом религиозное обоснование под тезис об «уникальности» края и его духовных связях с Европой.

Так что «культурное крещение» Косово – его католизация – должна послужить Приштине «входным билетом в Европу».

Как заметил исследователь А.Воробьев, «Балканы и Косово – хорошая возможность для Ватикана продемонстрировать свою «профпригодность» для западной цивилизации и обеспечить перспективный плацдарм для дальнейшей экспансии – теперь уже в Россию».

 

О.И. Четверекова,

кандидат исторических наук

Особенности профилактики экстремизма в высших учебных заведениях

Текст научной статьи по специальности «Социологические науки»

    Излученко Татьяна Владимировна
Перспективы науки и образования, 2019, №3 (39)

Автором характеризуются особенности планирования и реализации мер профилактики экстремизма в высших учебных заведениях, обусловленные требованиями законодательства и отношением обучающихся к данной проблеме. Материалы и методы исследования представлены функциональным и комплексным подходами, концепциями возрастных особенностей и функционирования когнитивной системы, а также результатами проведённого анкетирования и опросов обучающихся. Молодёжь представляет наибольший интерес в качестве целевой аудитории для различного рода экстремистских объединений. Низкий уровень правовой информированности, осуществление большой доли коммуникационных контактов опосредовано через ресурсы сети Интернет, недоверие к различным государственным структурам являются предпосылками для вовлечения. Причинами участия в экстремистской деятельности выступают возрастные особенности психики, когнитивные состояния сознания, неопределённость социального статуса, стремление выразить социально-политические идеи и реализовать их, в том числе и с применением насилия. В этой связи возрастает роль в противодействии экстремизму учебных заведений. Эффективными представляются меры адресного характера, ориентированные на выявление и работу с отдельной категорией обучающихся, предоставление квалифицированной поддержки информационно-консультативного плана. Повышение уровня правосознания и доверия к руководству, включённость обучающихся в общественные организации, творческие коллективы и развитие навыков критического мышления будут способствовать минимизации рисков, а ранжирование регионов по уровню экстремистской угрозы оптимизации материально-финансовых затрат.

КРАТКИЙ КУРС ЛЕКЦИЙ ПО ПРОТИВОДЕЙСТВИЮ РЕЛИГИОЗНО-ПОЛИТИЧЕСКОМУ ЭКСТРЕМИЗМУ

Учебное пособие «Краткий курс лекций по  противодействию религиозно-политическому экстремизму» содержит хронологическое изложение основных этапов  возникновения,  становления  и  распространения религиозно-политического экстремизма в мире и на территории Росси, выявлению особен-ностей данного явления применительно к России и Дагестану, дает обзор ос-новных  тенденций профилактики  и противодействия  религиозно-политическому экстремизму в мире. К каждой теме имеется список литературы и вопросы для самостоятельной проработки. Учебное пособие может быть ис-пользовано студентами вузов негуманитарного профиля, а также всеми, инте-ресующимися историей России.

Пособие разработано в ГОУ ВО «Дагестанский  государственный университет народного  хозяйства»

Комплексный план противодействия идеологии терроризма в Российской Федерации на 2019 – 2023 годы

Комплексный план противодействия идеологии
терроризма в Российской Федерации на 2019 – 2023
годы

ПРОФИЛАКТИКА ЭКСТРЕМИЗМА И ИДЕОЛОГИИ ТЕРРОРИЗМА В МОЛОДЕЖНОЙ СРЕДЕ (тема научных исследований)

Цель социологических исследований в рамках заявленной темы – анализ экстремистской направленности и распространения идей терроризма в молодежной среде Свердловской области и выявление оснований для целенаправленного педагогического и информационно-пропагандистского воздействия с целью раннего предупреждения и минимизации таких проявлений.

Список статей, посвящённых антитеррористической проблематике, в "Российском психологическом журнале"

Новости

«Экстремизм и терроризм в молодежной среде»

«Экстремизм и терроризм в молодежной среде»
20.01.2020 More

Новости

Противодействие террору в цифровом мире. в чем особенности?

Белоруссия, в отличие от многих иных государств пост-советского пространства, практически избежала волны терроризма, столь характерной для 90-х и 00-х годов. Однако это не означает, что эта трансграничная проблема ее не волнует.  В начале октября в Минске под патронажем МИД Республики Беларусь и Департамент транснациональных угроз Секретариата ОБСЕ прошла  международная конференция «Предотвращение и борьба с терроризмом в цифровую эпоху». По данным МИД Беларуси, участниками конференции были руководство ОБСЕ, СНГ, ОДКБ, Контртеррористического управления ООН, Управления ООН по наркотикам и преступности, а также высокопоставленные представители стран-участниц ОБСЕ и стран-партнёров, представители бизнес-сообщества, гражданского общества, аналитических структур.

03.12.2018 More
Отправить материал