Размышления о системе взаимодействия спецслужб по противодействию терроризму

20.09.2010


Противодействие радикальному исламизму, ренессанс которого мы сейчас наблюдаем повсеместно, ставит на повестку дня еще один важный вопрос. А именно, насколько эффективно международное разведсообщество координирует свои усилия в борьбе с этим наиболее опасным вызовом 21 века? Обрывочные данные, проникающие в СМИ, дают очень неутешительный ответ. Попробуем его проанализировать.

Координацию спецслужб на этом направлении, на наш взгляд, можно разделить на три направления: в рамках НАТО, между США-НАТО и Россией, а также США и странами «третьего мира», прежде всего мусульманскими.

1. НАТО. По идее, само участие стран блока в военных операциях в Ираке и Афганистане такое взаимодействие подразумевает как само собой разумеющееся. Другое дело, что страны альянса не очень охотно поддаются на уговоры американцев расширять свои воинские контингенты в Афганистане. Это само по себе совершено не отменяет сотрудничество по линии спецслужб. Можно предположить, что существует некий канал обмена информацией. Насколько он эффективен, сказать очень сложно. Последний эпизод с посадкой «подозреваемого в террористической деятельности» на самолет в Детройт вызывает закономерные вопросы. Как и в отношении принятой после 11 сентября 2001 года по инициативе США системы безопасности в аэропортах. Она несомненно нужна, но есть сомнение в существовании единого банка данных в отношении «подозреваемых», который работает в режиме «он-лайн». Само создание такого банка данных представляется проблематичным в силу чисто технических причин, а также огромного объема пассажиропотока. Программы по идентификации по фотографии на сегодняшний день не существует, а система биометрических данных очень часто дает сбои и не введена повсеместно. Работа контрразведки и служб безопасности в транспортных узлах, таким образом, является наиболее вероятной и важной областью для взаимодействия. О степени ее надежности пока можно высказывать только осторожные оценки, будем исходить из того, что после 11 сентября терактов на авиатранспорте мы, слава богу, не наблюдаем.

Теперь, что касается деятельности против ячеек исламистов непосредственно в США и Европе. Здесь каждая страна выстраивает собственную стратегию противодействия, в лучшем случае взаимодействие ограничивается обменом информацией и посылкой победных реляций после проведения тех или иных рейдов или операций. Отслеживание поведения лиц, побывавших в «горячих точках» или имеющих контакты в радикально настроенной исламской среде, ведется неудовлетворительно. В Европе функционирует сотни исламских организаций, которые местные спецслужбы охватить своим вниманием не в состоянии. Кроме того, европейцы крайне неправильно воспринимают саму суть функционирования этих организаций, в том числе и радикальных групп исходя, прежде всего из принципа «свободы убеждений». Поэтому в отсутствии надежного и повсеместного агентурного проникновения, спецслужбы начинают «шевелиться» только после того как члены этих групп начинают проводить непосредственные теракции или активно готовить их. То есть отсутствует планомерная работа на этапе идеологической обработки будущих джихадистов, поскольку это считается проявлением «свободы совести». Следствием такой «близорукости» стали теракты в Мадриде и Лондоне. Власти Великобритании вообще в этой деятельности стоят особняком, игнорируя присутствие на своей территории большого количества лиц из мусульманского мира, выдачи которых требует те же египтяне, иорданцы или йеменцы. Говорить о каком-то взаимодействии между спецслужбами здесь не приходится. Более того, есть факты того, что спецслужбы различных европейских стран «закрывают глаза» на незаконную иммиграцию исламистских активистов в соседние страны Европы, действуя по принципу нерадивого участкового: «главное, чтобы не на моем участке».

Таким образом, мы вышли на основную проблему, которая мешает организовать действенное взаимодействие даже в рамках НАТО. Это отсутствие унификации антитеррористического законодательства различных стран и наличие массы нестыковок в нем.

Выстраивание эффективной модели противодействия терроризму требует революции в представлениях о «свободе совести» и наличие компетентного экспертного сообщества в аппарате спецслужб, которое способно на начальной стадии идеологической обработки будущих джихадистов, отличить «зерна от плевел». Все эти моменты в настоящее время отсутствуют.

2. США-НАТО – Россия. Основным моментом, который не позволяет, по нашей оценке, в полной мере использовать потенциал в сфере взаимодействия спецслужб, является «глубинное недоверие» друг к другу. Борьба с терроризмом приносится в жертву сиюминутным политическим резонам. Чего стоит только факт публично объявленного «разрыва взаимодействия по линии борьбы с терроризмом» со стороны Лондона в связи с совсем неясной гибелью Литвиненко?

Ждать от Москвы дружеского отношения в этой связи не приходится. Кроме того, взаимодействию серьезно мешает позиция ряда стран НАТО по отношению к чеченским сепаратистам. О каком взаимодействии может идти речь, если Анкара спокойно позволяет превратить турецкую территорию в «тыловую базу» сепаратистов, а в мечетях Лондона полным ходом и открыто шел набор добровольцев для отправки в Чечню. Кстати, многие из эмиссаров «Аль-Каиды» прибыла в Чечню именно с территории Великобритании. «Двойной стандарт» в этой связи является еще одной причиной, препятствующей налаживанию взаимодействия. Если США и НАТО действительно хотят выстроить эффективную систему взаимодействия, они должны отойти от принципа «если он воюет не против меня, то мне все равно». Любой исламист в любой точке земли – враждебный объект. Только принятие такого постулата и отказ от политической шелухи позволит создать действенную систему взаимодействия спецслужб.

2. 3. США (НАТО) – арабские страны. Здесь мы сталкиваемся с той же проблемой, которую признал недавно министр обороны США Р.Гейтс. А именно, «отсутствие доверия». Последний эпизод с агентом-двойником, взорвавшим базу ЦРУ США в Хосте, позволяет сделать вывод о том, что американцы пытаются использовать агентуру арабских стран в Пакистане и Афганистане, но это является единичными случаями и носит более рекламный характер. Рекламный для политического руководства этих стран, которое договорилось «о взаимодействии». Отсутствует самодостаточная система взаимодействия, которая должна работать сама по себе, а не «возбуждаться» время от времени в связи с очередной встречей «в верхах». А ее и не может быть, пока США и Великобритания отказываются выдавать арабским странам террористов, спокойно живущих на их территории.

Более или менее налажено какое-то взаимодействие у американцев с Пакистаном. С 2001 года пакистанские власти выдали по требованию США около 500 джихадистов. Но опять же эти люди в массе своей не являются пакистанцами. Если речь начинает идти о чисто пакистанских экстремистах, то на Исламабад «нападает» ступор. Может быть, и из-за тесных связей пакистанской разведки с руководством этих групп.

Подводя итог, заметим, что выстраиванию эффективной системы взаимодействия по линии спецслужб, помимо глобальных причин, мешают чисто ведомственные. А именно, нежелание «палить» свою агентуру перед «чужаками». Приобретение каждого действительно ценного агента дается «потом и кровью» и «светить» его из-за сиюминутного желания политического руководства продемонстрировать свою «добрую волю», обидно. Это присуще даже разным подразделениям одной и той же спецслужбы, что же говорить о международном обмене. В этой связи, к сожалению, исходя просто из специфики работы, взаимодействие между спецслужбами (в том числе и в рамках одного альянса) в основном сводятся к попыткам получить у партнеров как можно больше информации при минимуме передачи своей. Это «в крови» спецслужб, и ругать их за это не надо.

Ю.Б.Щелканов

Ответы экспертов:

Виталий Наумкин: добиться имплементации договоренностей РФ и США по Сирии непросто

Материалы научно-практической конференции «Противодействие идеологии экстремизма и терроризма в рамках реализации государственной молодежной политики»

Материалы научно-практической конференции «Противодействие идеологии экстремизма и терроризма в рамках реализации государственной молодежной политики»

Южный федеральный университет, факультет психологии, 12-14 октября 2009 года

Фото

В Пятигорске прошел Северо-Кавказский молодежный форум «Машук-2016»

В Пятигорске прошел Северо-Кавказский молодежный форум «Машук-2016»

Мероприятия

В Москве пройдет конференция «Противодействие идеологии терроризма и экстремизма в образовательной сфере и молодежной среде»

III Всероссийская научно-практическая конференция «Противодействие идеологии терроризма и экстремизма в образовательной сфере и молодежной среде» состоится в Москве 27 и 28 сентября 2016 года.

Отправить материал