Национальная система образования Пакистана под ударом исламистов

23.11.2010


Национальная система образования Исламской Республики Пакистан, еще не успев оправиться от разрушительных последствий экологических катастроф (землетрясение 2005 г., наводнения 2010 г.), вновь оказалась под ударом не менее беспощадной стихии исламистского террора.

Без преувеличения можно сказать, что постигшие страну природные катаклизмы нанесли непоправимый урон ее и без того слаборазвитой образовательной инфраструктуре, которая так и не смогла за весь период независимого развития справиться с провозглашенной государством задачей по предоставлению базовых знаний всему населению. По последним данным, из 40 млн детей школьного возраста (от 5 до 14лет) только 18 млн учащихся охвачены школой. Остальные 22 млн детей вообще не имеют доступа к образованию из-за отсутствия должной инфраструктуры, либо вынуждены оставить учебу еще на начальной ступени из-за тяжелого материального положения и необходимости с детства зарабатывать себе на жизнь. Неудивительно, что по уровню грамотности граждан (54%) Пакистан замыкает предпоследнюю десятку наименее грамотных наций планеты, занимая 166 место по данному показателю среди 177 стран мира.1

Настигшая страну водная стихия полностью или частично разрушила более 7 тыс. учебных заведений, расположенных в различных районах всех четырех пакистанских провинций: Панджаб, Синд, Белуджистан, Хайбер-Пахтунхва. Более 5 тыс. школ было выделено государством под временное проживание пострадавшим от наводнений жителям. Вполне понятно, что возобновить в них учебно-воспитательный процесс в ближайшей перспективе будет довольно проблематично. В целом от наводнений в той или иной степени пострадало более 8,6 млн несовершеннолетних пакистанцев в возрасте до 18 лет2.

На этом фоне национальной гуманитарной катастрофы разгул исламистского террора, направленный на образовательные объекты страны, выглядит еще более беспощадным. Последние показательные взрывы сразу трех начальных школ, осуществленные местными боевиками-талибами 6 ноября 2010 г. в районах Баджаур и Моманд, входящих в Территорию племен федерального управления (ТПФУ), лишнее тому подтверждение. Жертв среди учеников и преподавателей удалось избежать только лишь потому, что террористы, вынужденные теперь быть более осторожными, перешли к тактике нанесения ночных ударов по школьным объектам.

Это обусловлено усилением контроля государства в племенных районах страны после завершения успешных военных операций силовыми структурами Пакистана (более 90% территорий ТПФУ освобождено от влияния талибов). Данные цифры, в частности, были озвучены членами высокопоставленной пакистанской делегации из Лахорского Национального колледжа управленческих кадров на встрече с российскими пакистановедами, которая состоялась в Москве 17 ноября 2010 г. в Институте востоковедения РАН.

Однако данные оценки представляются все же несколько завышенными. Ведь счет террористическим атакам исламистов продолжается. В результате объявленной ими кампании по борьбе против национальной системы образования страны только в двух выше названных северо-западных племенных районах страны с начала 2009 г. были полностью или частично разрушены 164 школы (102 – в Баджауре и 62 – в Моманде).3 Большинство из них это - женские школы.

Надо сказать, что учреждения пакистанской системы образования выбраны исламистами в качестве мишени не случайно. Страна, оказавшаяся в эпицентре борьбы с международным терроризмом, претерпевает заметные трансформационные изменения в соответствии с новой Национальной политикой государства в области образования (2009). Данная реформа направлена на воспитание подрастающего поколения в духе терпимости и ненасилия на основе планетарной этики, способной вывести человечество на путь межцивилизационного понимания и взаимодействия, на выработку у него антитеррористического иммунитета к настигшей человечество глобальной эпидемии «чумы ХХ1 века».

Этот процесс вызывает отчаянное противодействие со стороны исламистов, выступающих за создание теократического государства в Пакистане и усматривающих в современной системе образования основную угрозу своей идеологии, лежащей в основе достижения поставленной ими цели. Исламистам фактически удалось провалить реформу религиозного образования в стране (2001-2009). Используя террористические методы, они пытаются парализовать функционирование всей национальной системы образования.

В частности, по данным Министерства внутренних дел Пакистана, в период с июля 2007 г. по июль 2010 г. в результате непрекращающихся по всей стране террористических атак исламистов с использованием боевиков-смертников погибло 3433 человека.4 Практически каждый пятый день здесь продолжают звучать взрывы «живых бомб», направленные на различные государственные и международные учреждения, включая и образовательные.5

Cтоит вспомнить, что первая волна террора в Исламской Республике Пакистан с использованием боевиков-смертников прокатилась по всей стране после разрушительного по своим последствиям взрыва исламизма, связанного с драматическими событиями трехлетней давности в столичном комплексе Красной мечети, когда руководители этого столичного учебно-религиозного комплекса Абдул Азиз и Абдул Рашид при непосредственной поддержке исламистской сети «Талибан» - «Аль Каида» первыми сумели организовать массовые антиправительственные выступления радикально настроенных преподавателей и студентов медресе с требованием о введении шариатского правления в Пакистане (3-10 июля 2007 г.).6

С тех пор подобные теракты фактически стали составной частью обыденной жизни пакистанцев. На сегодняшний день в арсенале исламистов, по их собственному признанию, находится от 2800 до 3000 «живых бомб», готовых взорваться по первому приказу.7

Двойной взрыв боевиков-смертников в Международном исламском университете (20 октября 2009 г.), расположенном в пакистанской столице – Исламабаде, потряс не только Пакистан, но и все мировое сообщество. Ведь под прицелом исламистов оказались уже студенты и преподаватели престижного Международного исламского университета (МИУ), пользующегося широкой известностью и авторитетом во всем мусульманском мире.8

Трудно не связать воедино эти два отдаленные по времени события в пакистанской столице: антиправительственные выступления радикально настроенных преподавателей и студентов из учебно-религиозного комплекса Красной мечети, выдвинувших требование о введении шариатского правления в Пакистане (2007), и двойной теракт исламистов-смертников в Международном исламском университете (2009). Они свидетельствуют о процессе внутриконфессионального противостояния умеренных и экстремистски настроенных мусульман этой страны.

Укрепление позиций исламистов и их идеологии не в последнюю очередь связано с провалом реформы религиозного образования (2001-2009), которая предусматривала обновление его содержания и постепенную интеграцию религиозных учебных заведений в общий поток школ для ликвидации идеологической базы и материальной инфраструктуры религиозного экстремизма и радикализма. Попытка пакистанского руководства переложить бремя модернизации религиозных учебных заведений на силовые структуры, в частности на Министерство внутренних дел страны, как это обозначено в новой Национальной политике в области образования (от 9 сентября 2009 г.), свидетельствует об осознании государством угрозы растущей радикализации пакистанского общества.

Здесь наблюдаются первые подвижки. Так, между Всепакистанкой Ассоциацией медресе (в нее входят Духовные управления религиозного образования всех пяти теологических школ страны) и Министерством внутренних дел Пакистана 7 октября 2010 г. было подписано соглашение о введении в учебные планы религиозных школ предметов общеобразовательного цикла, как это в принципе уже ранее предусматривалось реформой религиозного образования (2001-2009). 9 Дело осталось лишь за практической реализацией достигнутых договоренностей.

Ведь, подводя итоги этой фактически проваленной реформы, Федеральное ведомство образования было вынуждено признать, что только 507 из 15148 медресе, функционирующих в стране, подпали под ее реализацию. При этом современные компьютерные технологии были внедрены лишь в 30 медресе. В них на контрактной основе продолжают работать всего 950 преподавателей (2007-2010). На реализацию данной реформы было израсходовано 333 млн рупий. Остальные средства (5 млрд 426 млн рупий) так и не были использованы из-за отказа большинства медресе принимать в ней участие. В целом, количество студентов, обучающихся в различных медресе страны, превысило 2 млн человек. Это составляет 5% от общего числа учащихся общеобразовательной школы (34 млн. учеников). При этом преподавательский состав медресе достигает 55 тыс. человек.10

Опыт Пакистана свидетельствует о том, что покончить с проблемой терроризма одними силовыми методами невозможно. Они могут привести лишь к временному успеху. Нельзя отрицать, что нанесение точечных ударов и проведение широкомасштабных военных операций в определенной степени помогли пакистанскому руководству снизить уровень исламистской активности в стране. Однако для окончательной победы в этой схватке необходима кропотливая работа по искоренению идеологических корней, подпитывающих терроризм, создание благоприятных социально-экономических условий для основной массы пакистанских граждан. По признанию премьер-министра Пакистана Ю.Р. Гилани, силовые действия обеспечивают лишь 10% успеха в деле борьбы с экстремизмом и терроризмом, остающиеся же 90% достигаются за счет социально-экономических мер.11

В действительности традиционные мусульманские учебные заведения Пакистана являются альтернативой современной общеобразовательной системе, не справляющейся самостоятельно с предоставлением образовательных услуг населению. Компенсируя в определенной мере отсутствие доступа к ней малоимущей части пакистанского общества, они одновременно выполняют и своего рода роль институтов по социальной защите обездоленных детей и подростков, которые получают здесь помимо знаний (преимущественно теологических), еще и бесплатное питание, проживание и одежду. Это определяет социальную значимость и важность религиозных учебных заведений для пакистанского общества, детерминирует перспективу их развития.

Проблема состоит в высокой степени политизации пакистанских медресе. Так, по последним данным (2009), около 59% медресе подконтрольны различным происламским политическим партиям и группировкам.12

Результаты выборочного социологического опроса, проведенного в марте 2009 г. учеными Исламабадского Института мира среди руководителей медресе различного богословского толка, показали, что 57% респондентов расценивают войну с терроризмом, как направленную исключительно против ислама и мусульман. Кроме того, 77% высказались против участия Пакистана в международной кампании по борьбе с терроризмом. При этом представители богословской школы «Деобанди» выразили мнение о том, что Пакистан не должен бороться с терроризмом «под давлением Запада». В ходе опроса была также выявлена причастность отдельных медресе к джихадистской деятельности (18%).13

Вполне очевидно, что атака террористов-смертников на студентов МИУ является вызовом исламистов не только пакистанскому государству, но и всему мусульманскому сообществу, вступившему в фазу возрождения традиционализма, в рамках которого происходит формирование собственной, незападной модели модернизации, затрагивающей все государственные и общественные институты, в том числе и образовательные.

Именно на примере Международного исламского университета, входящего в первую тройку крупнейших университетов страны, наиболее ярко прослеживается процесс трансформации традиционного исламского образования в современную образовательную модель, синтезирующую в себе положительный опыт традиционной исламской педагогики и мировых инновационных образовательных методик. Автору данной статьи, кстати, удалось убедиться в этом во время посещения МИУ в составе делегации российских парламентариев, ученых и журналистов (июль 2004 г.).

На состоявшейся в рамках визита встрече членов российской делегации с профессорско-преподавательским составом университета затрагивался широкий спектр вопросов: состояние и перспективы развития религиозного образования, возможности его интеграции в современную систему образования, роль воспитания и образования в формировании молодого поколения нового типа, способного к диалогу и толерантности, пути и методы борьбы с проявлениями радикализма и экстремизма у молодежи и т.д. Развернувшаяся по данным проблемам двусторонняя дискуссия, заинтересованность и открытость пакистанской стороны в обсуждении порой очень непростых и острых вопросов свидетельствовали о высоком уровне профессиональной подготовки педагогических кадров университета, их значительном вкладе в разработку концепции реформирования исламского образования с опорой на традиционные ценности и достижения мировой науки.

Обучение студентов осуществляется на арабском и английском языках (по 92 традиционным и современным специальностям). Всего на 9 факультетах и 42 учебных отделениях университета насчитывается 19656 студентов. Из них девушки составляют 9430 студенток. Количество иностранных студентов, прибывших из 45 стран мира, превышает 1500 человек. Большая часть из них приехала на учебу из Китая (800 человек), а также из различных стран Африканского континента. Есть студенты из США и ряда европейских стран. Профессорско-преподавательский состав университета насчитывает 550 человек, из них 156 преподавателей имеют ученые степени. За последнее время МИУ значительно расширил свои международные связи. Им заключены двусторонние соглашения о взаимном сотрудничестве c 14 ведущими университетами мира. Такие договоренности были, например, подписаны с малайзийским Международным исламским университетом (Куала-Лумпур), крупнейшим египетским центром исламского образования университетом «Аль-Азхар» (Каир) и т.д. В данный момент в университете на контрактной основе работает значительное количество иностранцев (26 преподавателей из Каирского университета, три специалиста из Судана и др.) 14

Можно сказать, что модернизация учебно-воспитательного процесса в Международном исламском университете Исламабада позволила создать на его базе современную модель мусульманского образования, которая определяет будущее Пакистана как умеренного исламского государства, стремящегося к постепенной интеграции в мировое поликультурное пространство. Вполне понятно, что это полностью расходится с планами исламистов, выступающих за создание в Пакистане теократического государства.

Волна обрушенного ими на учебные заведения современной системы образования террора является тому лишним подтверждением. Так, с введением в 2008 г. пакистанскими талибами запрета на женское образование в подконтрольных им северных территориях, граничащих с Афганистаном, более тысячи школ были закрыты или перестали принимать на учебу девочек. Около 300 школ, в основном женских, в дистрикте Малаканд бывшей Северо-Западной пограничной провинции вообще были разрушены, сожжены и выведены из строя. В целом более 120 тыс. девочек из-за боязни расправы перестали посещать учебные заведения.15

Идет физическое устранение профессорско-преподавательского состава, осуществляющего, по мнению исламистов, антиталибскую, прозападную пропаганду среди подрастающего поколения страны. Достаточно привести недавнее убийство видного религиозного деятеля, вице-канцлера Сватского исламского университета в г. Мардан Мухаммада Фарук Хана (2 октября 2010), открывшего реабилитационный центр для 175 подростков-смертников, которых удалось вызволить из тренировочных лагерей исламистов.16

В них дети (в возрасте от 7 лет и старше), судя по их признаниям, опубликованным в пакистанской прессе, подвергались не только идеологической индоктринации, но и психотропной обработке с целью дальнейшего использования в качестве «живых бомб».16 По данным пакистанской разведки (2009) , на территории только одного округа Сват в тренировочных лагерях по подготовке смертников находилось до 15000 подростков в возрасте старше 11 лет. Налаженный при этом исламистами бизнес по торговле «живым товаром» стал для них к тому же и дополнительным источником доходов (по некоторым данным, прибыль за поштучную продажу подростков-смертников составляет от 7000 до 14000 американских долларов).17

Стоит признать, что, погрузив страну в пучину террора, исламистам на какое-то время удалось парализовать образовательную систему государства. Она практически перестала функционировать. Так, после двойного теракта в МИУ и в связи с небезосновательно сохранявшейся повышенной угрозой террористических атак (например, убийство министра образования провинции Белуджистан Шафика Ахмед Хана в Кветте 25 октября 2009 г.) во всех населенных пунктах страны были закрыты детские сады, школы, колледжи и университеты.18. Однако все это носило временный характер.

Последующие события показали, что вызову, брошенному исламистами образовательной трансформации в Пакистане, противостоит хотя и недостаточно зрелое, но демократическое гражданское общество, заинтересованное в сохранении своего государства, в его продвижении по пути прогресса и интеграции в мировое поликультурное пространство, основой которого является современная система образования, выстроенная с учетом мусульманской культурной традиции и мирового педагогического опыта.. И никакое противодействие со стороны исламистов, усматривающих в ней угрозу своему существованию, уже не способно остановить этот эволюционный процесс. Верится, что пакистанское общество, уставшее от чудовищных природных катаклизмов, от продолжающегося исламистского террора, все же прошло проверку на прочность, закалилось в выпавших на его долю испытаниях и готово к дальнейшему созиданию, а не разрушению своего многострадального государства.


1 ‘Dawn’. Karachi, 02.09.2010.

2 Pakistan Observer’. Islamabad, 02.09.2010.

3 ‘Dawn’. Karachi, 07.11.2010.

4 Tushar Ranjan Mohanty. Collective Suicide (South Asia Intelligence Review Vol. 9, N 5, August 9. 2010) /http::www.cgi-bin/readmsg.id./ .

5 “Dawn”. Karachi, 31.12.2010.

6 Об этом подробнее см., например,: П.Топычканов. Исламисты свили гнездо под боком у пакистанских властей (http://www.carnegie.ru/rus/pubs/media/76412 htm); в.Я.Белокреницкий Пакистан между военными и мечетью (http://www.iimes.ru/rus/stat/2007/08-07-07b.htm); в.Я.Белокреницкий. Пакистан: мечеть взята, что дальше? (http://www.iimes.ru/rus/stat/2007/16-07-07.htm); в.Н.Москаленко, П.В.Топычканов. Пакистан после «Красной мечети» (http://www.iimes.ru/rus/stat/2007/24-08-07.htm); о.Мохов. Исламисты погибли за Исламабад //Время новостей, 11.07.07, с.5; А. Степанов. Мины и минареты //Российская газета, 13.07.07, с. 3, 12; Е.Пахомов. Светский торг //Время новостей, 23.07.07, с. 5 и др.

7 Tushar Ranjan Mohanty. Ibidem.

8Более подробно см.: И.Н. Серенко "Пакистан: Международный исламский университет под прицелом исламистов» ( http://www.iimes.ru/rus/stat/2009/28-10-09a.htm).

9 Dawn”. Karachi, 08.10.2010.

10 “Dawn”. Karachi, 16.06.09.

11 Пресс-релиз Посольства РФ в Исламской Республике Пакистан, Исламабад, 19.02.2010.

12 Qandeel Siddique. Weapons of mass instruction? A preliminary exploration of the link between madrassas in Pakistan and militancy. Norwegian Defence Research Establishment (FFI), 2009, p. 12.

13 Idid., р. 18.

14 “Dawn”. Karachi, 07.10.10.

15 “Dawn”. Karachi, 05.12.09; “Dawn”. Karachi, 22.01.10.

16 “Dawn”.Karachi, 03.10.10.

16 “Dawn”.Karachi, 28.07.09; “Dawn”. Karachi 28.12.09.

17 Tushar Ranjan Mohanty. An Education in Terror (South Asia Intelligence Review Vol. 9, N 15, October 18. 2010) /http::www.cgi-bin/readmsg.id./ .

118 “Dawn”.Karachi, 26.10.09.

 

И.Н. Серенко

Ответы экспертов:

Виталий Наумкин: добиться имплементации договоренностей РФ и США по Сирии непросто

Материалы научно-практической конференции «Противодействие идеологии экстремизма и терроризма в рамках реализации государственной молодежной политики»

Материалы научно-практической конференции «Противодействие идеологии экстремизма и терроризма в рамках реализации государственной молодежной политики»

Южный федеральный университет, факультет психологии, 12-14 октября 2009 года

Фото

В Пятигорске прошел Северо-Кавказский молодежный форум «Машук-2016»

В Пятигорске прошел Северо-Кавказский молодежный форум «Машук-2016»

Мероприятия

В Москве пройдет конференция «Противодействие идеологии терроризма и экстремизма в образовательной сфере и молодежной среде»

III Всероссийская научно-практическая конференция «Противодействие идеологии терроризма и экстремизма в образовательной сфере и молодежной среде» состоится в Москве 27 и 28 сентября 2016 года.

Отправить материал