Легитимность и коммуникационная эффективность власти как слагающие ее безопасности

25.11.2011


Легитимность современной политической власти и ее институтов находится в прямой зависимости от ее коммуникативных свойств. Сегодняшняя Россия сталкивается с проблемой недостаточно высокого уровня поддержки институтов политической системы и самой политической власти населением.

Стоит задаться вопросом: может ли, к примеру, экстремистки настроенные организации и их лидеры влиять на легитимность власти целого государства. Полагаем что да. Стоит вспомнить, к примеру, чеченский кризис, в ходе которого легитимность российской власти несколько снизилась. Причем как внутри страны, так и за ее пределами. Еще незавершившаяся «исламская весна» – яркий тому пример. Легитимность власти стала такой, что ее самой не стало.

Представляется, что проблемы легитимности власти и политической коммуникации взаимосвязаны. Потому, что в настоящее время развитие эффективных постоянных двусторонних динамичных прозрачных отношений социально-политических субъектов коммуникативного пространств является условием повышения стабильности и легитимности политической системы. Чем больше открытости в действиях власти, тем лучше граждане и общество понимают, что власть действует в их интересах и тем больше поддерживают власть, а, следовательно – тем более устойчива общественная и политическая системы. Как отмечает исследователь М. Хауард: «…демократии необходимы дружественно настроенные к ней элиты и соответствующая институциональная структура. Но ей также нужен и демократически настроенный народ; она процветает и крепнет в обществе, где большинство людей поддерживают демократические ценности и на словах, и на деле»[1]. Главная же функция политической коммуникации состоит в том, чтобы организовать доступные и альтернативные информационные каналы для полноценного информационного контакта с населением.

Стоит отметить, что в закрытых политических системах, с автократичным или тоталитарным режимами правления легитимность политической власти может находиться на достаточно высоком уровне. Здесь легитимность политической системы и самой власти была достигнута с применением репрессий к неугодным вольнодумцам и ограничением информационного поля, а точнее – его полным государственным контролем. Однако сегодня влияние внешнеполитической легитимации приобретает уже важнейшее, если не первостепенное значение по отношению к внутренней (режимы С. Милошевича в Югославии, Ф. Кастро на Кубе и т.д.)[2]. И в Сербии, и на Кубе уровень внутренне легитимности политической власти был достаточно высок, но вот внешнеполитический уровень легитимности был значительно ниже благодаря усилиям стран Запада и США. Эти страны с успехом использовали и используют свой мощный экономический, административный и информационный потенциал для снижения уровня внешнеполитической легитимности власти в этих странах. Про успешность использования такого потенциала говорит недавно проведенная странами коалиции «исламская весна». Представляется, что эта «весна» трансформируется в «осень», а может и далее.

Иными словами степень проникновения коммуникационных каналов из-за рубежа, коммуникационная глобализация может привести к снижению легитимности внутри страны, к снижению внешнеполитической легитимности, что может привести к краху политичного режима любого слабо развитого в коммуникационном плане государства. Современное состояние проникновения информационно-коммуникативных каналов из-за рубежа в любую страну велико и иногда и превосходит степень влияния на общество своих внутренних каналов коммуникации. В качестве примера можем привести ряд стран Африки, где информационные каналы предоставляются в основном западными странами (и, конечно, контролируются ими), среди них телевизионные каналы, спутниковая связь, провайдеры Интернета и др.

Уровень легитимности политической власти отдельной (в коммуникационном плане неразвитой) страны зависит от государств с более широкими коммуникативными возможностями. Также уровень внутренней легитимности власти в настоящее время определяется во многом внешнеполитическим уровнем легитимности. А как отмечает адъюнкт-профессор факультета политологии Университета Нью-Йорка Ж. Розенталь: «Государства продолжают нести ответственность за то, что происходит на их территории, но если они теряют легитимность, то тогда допустимо вторжение для ликвидации серьезных угроз»[3]. Другими словами, потеря легитимности правящим руководством государства для ряда исследователей и политиков есть прямое основанием для военного вторжения на территорию любой страны. С другой стороны потеря политической легитимности властью, при желании остаться ей у руководства государства сделает ее полностью зависимой от своего бюрократического аппарата. Особенно отчетливо это проявляется в случае снижения популярности главы государства: «Президент, не обладающей поддержкой населения и легитимностью, становится зависимым от основных политических деятелей в составе государственной бюрократии»[4].

Стоит задаться вопросом: всегда ли в своих действиях власть должна руководствоваться прямотой и открытостью? Всегда ли на пользу населению страны пойдет так называемая «кристальная» честность в предоставлении информации о тех или иных событиях или действиях? Думается, что нет. Любая политическая власть всегда стремится манипулировать населением, искажая информацию или выпуская ее дозировано. И информационная манипуляция властью массами будет тем успешнее, чем выше легитимность самой власти, чем выше доверие к ней и ее действиям, и к тем коммуникационным каналам, по которым она транслирует информацию в социум. Естественно возникает вопрос, до какой степени возможно искажение информации властью без снижения легитимности?

Полагаем, что манипулировать массами до бесконечности нельзя; а власть, которая этого не хочет учитывать, не может быть эффективной в длительной перспективе и не имеет больших шансов на свое существование. Устойчивость власти, степень одобрения ее действий обществом, т.е. поддержание высокого уровня легитимности, находится в прямой взаимосвязи с ее информационно-коммуникативными свойствами и является прямым основанием безопасности ее деятельности и существования. Важнейшим условием легитимности в настоящее время стоит назвать – внешнеполитическую легитимность. По сути дела, в период «исламской весны», страны запада поддержали экстремистки настроенные организации, в свою очередь, снижая уровень внешнеполитической легитимности и способствуя снижению легитимности внутри страны. Результат получается таким, что теперь «весна» переходит в «исламскую осень»…

 

канд. полит. наук

Забузов О.Н.

 


[1]См.: Howard M.M. The Weakness of Civil Society in Post-Communist Europe – Cambridge: Cambridge University Press, 2003. – P. 147.

[2]См.: Дибиров А.З. Легитимность власти и политический режим: Автореф. дис. ...
д-ра полит. наук. – М., 2002. – С. 6.

[3]Rosental J. New rules for war? // Naval War College Review. – 2004, Summer/Autumn. – Vol. 57. – № 3/4. – P. 91–101.

[4]См.: Sherman P., Sussex M. Foreign policy-making and institutions // Institutions and political change in Russia / Ed. by Robinson N. – L., 2000. – P. 171.

Ответы экспертов:

"Экстремизм в Киргизии уже пустил корни, ситуация может выйти из-под контроля"

Религии и экстремизм. Способы и методы противодействия религиозному экстремизму в местах лишения свободы

Фото

В сети появились кадры с «вежливыми людьми» в окружении сирийских детей

В сети появились кадры с «вежливыми людьми» в окружении сирийских детей

Мероприятия

В марте состоится международная конференция по противодействию терроризму

Межпарламентская ассамблея (МПА) СНГ совместно с ПА ОБСЕ проведут в конце марта международную конференцию по противодействию терроризму, участником которой, возможно, станет спикер ливанского парламента Набих Берри, передает ТАСС со ссылкой на главу комитета Совета Федерации по международным делам Константина Косачева.

Отправить материал